Девятый день выпал на четверг. Галина встала в пять утра. К девяти она уже накрыла стол. Кутья, блины, пироги с капустой — мать такие любила. Селёдка под шубой, хотя какая шуба на поминках, но соседка Тамара сказала — надо, люди ждут.
— Ну что, зятья, — Геннадий Сергеевич откинулся на спинку стула и обвёл взглядом стол. — Решил я. Шестьдесят пять стукнуло, пора и честь знать. Мастерскую передаю. Кому-то из вас. Вера под столом сжала руку Кости.
— Папа, ну ты что, совсем жадный стал? — голос Димы дрожал от возмущения. — Мне всего тысяч пятьдесят надо! Для тебя это вообще копейки! Василий медленно отложил вилку. За окном его московской квартиры горели огни столицы, а за столом сидела вся его родня, приехавшая из деревни погостить.
— Не поеду я на эту свадьбу! — отрезала Дарья, глядя на экран телефона. — Мама, ну хватит уже. Галина Петровна на том конце провода вздохнула так тяжело, будто на плечи ей только что взвалили мешок картошки. — Дашенька, ну как же так? Алёна — твоя родная сестра! Она выходит замуж, а ты…
— Илюх, ты чё, спишь ещё? Открой давай! — в дверь колотили так, будто её сейчас выломают. Илья прикрыл ноутбук, на экране которого мигали строчки кода, и глянул на часы. Половина десятого вечера. Работал он над проектом уже четвёртый час подряд.
Звонок прорезал предрассветную тишину. Софья нащупала смартфон на прикроватном столике, щурясь от яркого экрана. Незнакомый номер высветился на дисплее — сердце екнуло от тревоги. В такое время обычно звонят только с плохими новостями. — Слушаю!
Елена стояла у окна своего кабинета, сжимая в руках конверт. Руки дрожали не от страха, а от предвкушения. Внутри — приглашение на международную конференцию в Вене, все расходы оплачены, плюс гонорар за выступление. Двадцать лет она работала над этой темой, и вот — признание. — Лена, ты где?