Молоко закончилось. Эта мысль пробивается сквозь сон, как гвоздь сквозь картон. Ольга открывает глаза: потолок с трещиной в форме молнии. Суббота. Единственный выходной за две недели.
— Оль, молока нет, — голос мужа из кухни.
Встаёт. Халат на стуле — вчера не было сил повесить. В зеркале — женщина с потухшими глазами. Тридцать четыре года.
На кухне муж в телефоне.
— Сходи за молоком, а?
— Может, сам?
— Я же работал всю неделю.
Из соседней комнаты покашливание — свекровь.
— Олечка, чайку бы.
Ольга ставит чайник. Автомат. Робот в халате.
После завтрака — посуда. Свекровь включает телевизор на полную громкость. Муж ушёл к компьютеру.
К обеду начинается мигрень. Садится на табурет, прижимает ладони к вискам.
— Оль, обед когда?
Обед. Встаёт. Идёт к холодильнику. Руки знают, что делать.
К вечеру боль становится невыносимой. Не только голова — всё тело. Присаживается на диван.
— Опять разлеглась? — муж проходит мимо. — Ужин сам себя не приготовит.
Среда. Большая уборка.
Началось с разбитой чашки. Любимая чашка свекрови — из сервиза.
— Что ты наделала! Руки-крюки!
Ольга молча собирает осколки. Один впился в палец — кровь на белом кафеле.
На коленях оттирает швы между плитками. Моет окна, стоя на табурете — внизу четвёртый этаж. Голова кружится, хватается за раму.
— Разводы оставляешь! — свекровь командует.
К вечеру добралась до спальни. В шкафу — её платья. Когда последний раз надевала? Достаёт синее, примеряет поверх домашней футболки.
— Это ещё зачем? — муж в дверях. — Собралась куда?
Снимает платье. Никуда она не собралась.
В девять вечера закончила. Дом блестит. Села на диван — ноги не держат, в груди знакомая боль.
— Олечка, ужин!
Пятница началась с решения. К врачу. Сейчас.
В поликлинике — очередь. Ждёт два часа. Телефон звонит.
— Ты где?
— В поликлинике.
— А завтрак?
Отключает телефон.
Терапевт молоденькая, слушает, хмурится:
— Давно это?
— Месяца три.
— Почему раньше не обращались?
Как объяснить? Некогда было.
После осмотра:
— Шумы есть. Давление 150 на 100. Нужно обследование. И к кардиологу срочно.
К обеду возвращается домой.
— Где ты шлялась? — свекровь в дверях. — Обед не готов!
— Я в больнице была.
— Подумаешь! У меня каждый день что-то болит!
После обеда звонок из поликлиники:
— По поводу ваших анализов. Можете подойти? Желательно сегодня.
Сердце ухает вниз.
У терапевта:
— Показатели настораживают. Очень высокий холестерин, ЭКГ показывает нарушения. Нужна консультация кардиолога. Возможно, госпитализация.
— У вас есть возможность лечь в больницу?
Дома муж, свекровь. Кто готовить будет?
— Подумаю.
Выходит на улицу. Садится на лавочку. Достаёт телефон, звонит мужу:
— Врач говорит, нужно в больницу. Сердце…
— В больницу? А дома кто будет?
Отключает.
В кардиоцентре врач смотрит результаты:
— Стенокардия напряжения. Предынфарктное состояние. Нужна срочная госпитализация.
— Прямо сейчас?
— Желательно. Место подержу до понедельника.
По дороге домой заходит в парк. Садится на скамейку.
— Можно подсесть?
Мужчина лет сорока, приятное лицо.
— Простите, вы плачете.
Плачет? Касается щеки — мокро.
Он достаёт платок:
— Тяжёлый день?
— Тяжёлая жизнь.
— Всегда есть выход. Просто страшно.
Встаёт:
— Помните — всё можно изменить.
Уходит. Она остаётся с платком в руках.
Понедельник. Кардиоцентр.
В палате три женщины.
— Новенькая? Я Люда. После инфаркта.
— Нина. Сосуды.
— Валя. Операцию жду.
Переодевается в больничную пижаму. Ложится. Потолок белый, без трещин.
— У меня муж помер три года назад, — Люда рассказывает. — Тоже сердце.
— А мой живой, но толку? — Нина машет рукой.
— А у вас? — смотрят на Ольгу.
— Муж есть. И свекровь.
— О! Свекровь — это диагноз!
Смеются. И она улыбается впервые за долгое время.
Телефон молчит. Ни муж, ни свекровь не звонят.
Вечером всё-таки:
— Как ты там?
— Обследуют.
— Мать обед готовила. Пересолила.
— Не задерживайся там.
В четверг неожиданно:
— К вам посетитель.
В холле — мужчина из парка.
— Здравствуйте. Хотел узнать, как вы. И платок принёс — новый.
— Спасибо, но не стоило…
— Меня Виктор зовут. Физику преподаю в школе.
Садятся на диванчик.
— Я после вашего ухода думал — как там женщина? Вот и решил…
Странный разговор. Чужой человек пришёл проведать. А свои не звонят.
Пятница. Кардиолог:
— Динамика положительная. Можем в воскресенье выписать.
Валю выписывают — дочка приехала. Обнимаются.
Днём гуляет по больничному парку. На скамейке женщина:
— Третий раз лежу. Дома не долечишься.
— А семья?
— Одна я. Знаете что? Легче! Никто не пилит.
Вечером снова Виктор:
— Книги принёс. Не знал, что любите.
Сидят в холле. Он рассказывает про школу.
— Можно вопрос? Вы счастливы?
Молчит. Счастлива?
— А что такое счастье?
— Когда утром хочется проснуться.
Воскресенье. Выписка.
— Таблетки строго. Диета. И нервы беречь.
Выходит в полдень. Солнце светит. Идёт в парк, садится на ту же скамейку.
Звонит мужу:
— Выписали.
— Наконец-то! Когда будешь?
Смотрит на деревья, людей.
— К вечеру. Ещё лекарства купить.
Отключает телефон.
Вспоминает — 47-я школа. Идёт.
В кабинете физики Виктор проверяет тетради:
— Ольга? Выписались? Чаю хотите?
Пьют чай. Он рассказывает, она слушает.
— Может, погуляем? День хороший.
Гуляют по городу. У пруда останавливаются.
— Я после развода думал — конец. А это было начало.
К вечеру доходят до её района.
— Спасибо за прогулку.
— Давайте обменяемся телефонами.
Дома:
— Где шлялась?
— В больнице была.
— Весь день?
На кухне — гора посуды. Готовит ужин механически.
За столом молчат. После ужина идёт в спальню.
Телефон пищит: «Берегите себя. Виктор.»
Улыбается. Берегите себя. Будет беречь.
Утро понедельника. Ольга встаёт раньше обычного. Пьёт таблетки — теперь это ритуал.
На кухне оставляет записку: «Ушла к врачу. Обед в холодильнике.»
В поликлинике берёт талон к юристу. Да, бесплатный юрист принимает по средам.
После — в банк. Копии документов на квартиру. Родительская квартира, которую «временно» переписали на мужа.
Телефон разрывается. Не берёт.
В парке встречает Люду из больницы:
— Ольга! Как дела?
— Меняю потихоньку.
— Правильно! А то помрёшь за их ужинами!
Смеются.
Вечером возвращается домой поздно. Скандал предсказуемый:
— Где была?
— По делам.
— По каким делам?
Не отвечает. Идёт в спальню, запирается.
Среда. У юриста:
— Квартира была ваша? Есть документы?
— Вот копии. Оригиналы у мужа.
— Сложно, но шансы есть. Готовьтесь к долгому процессу.
После юриста — снова к Виктору. Уже не стесняется.
— Решилась?
— Процесс начала. Квартира, развод.
— Где жить будете?
— Найду. Комнату сниму пока.
— У меня есть знакомая, сдаёт недорого. Позвоню?
Дома муж встречает у порога:
— Что за бумаги пришли? Из суда?
— Исковое заявление. Развод. И раздел имущества.
Свекровь выскакивает:
— Развод? Ты с ума сошла!
— Нет. Выздоровела.
Идёт собирать вещи. Немного — платья, бельё, документы.
— Куда собралась? — муж преграждает дорогу.
— Комнату сняла. Адрес у юриста.
— А кто тут будет? Мать одна?
— Вы взрослые люди. Справитесь.
Выходит. Муж кричит вслед, свекровь причитает. Не оборачивается.
Комната маленькая, но своя. Раскладывает вещи, вешает платья. Синее — на видное место.
Телефон звонит. Виктор:
— Как устроились?
— Отлично. Завтра на собеседование иду. В библиотеку.
— Удачи! Вечером отпразднуем?
— Если получится — обязательно.
Ложится на узкую кровать. Потолок ровный, белый. Никаких трещин.
В окне — фонари, чужие окна. Где-то играет музыка. Жизнь.
Засыпает спокойно. Завтра новый день. Её день.
Эпилог. Год спустя.
Ольга выходит из библиотеки. Октябрь, но солнечно. В сумке — термос с таблетками. Привычка.
У входа ждёт Виктор:
— Как прошёл день?
— Новые книги пришли. Детские, красивые.
— Покажешь? Для урока пригодятся.
Идут не спеша. Она прихрамывает — каблуки, отвыкла.
— Может, в парк? — предлагает он.
— Давай.
На той самой скамейке кормят уток. Заготовили хлеб специально.
— Знаешь, я тогда думал — не сунуться бы, не мое дело, — говорит Виктор.
— Хорошо, что сунулся.
Телефон молчит. Развод прошёл тихо — муж не сопротивлялся. Квартиру поделили, денег хватило на небольшую студию.
— Мама звонила, — Виктор улыбается. — Спрашивает, когда познакомишь с той самой Олей.
— И что ответил?
— Что ты сама решишь когда.
Встают. Утки обиженно крякают — мало дали.
— Домой? — спрашивает он.
— Домой.
Идут, держась за руки. Обычная пара средних лет. Никто не обернётся.
А дома — чай, книги, тишина. И целый вечер впереди. Их вечер.
На кухонном столе — таблетки. Не забыть выпить. Сердце надо беречь.
Теперь есть для кого.
