— Саша, нужна твоя помощь, — золовка позвонила поздним вечером, — мне срочно надо попасть к одному врачу. Ты же в регистратуре работаешь? Запиши меня! Как это «талонов нет»? Найди!
Прошло уже три года с тех пор, как Саша стала частью большой, сплоченной семьи, но ощущение того, что ее «не приняли», никуда не делось. Свекровь и ее дети — две сестры Олега и его брат — жили в частном доме все вместе. Сашу это искренне поражало — ну неужели им свободы не хочется? Благо, они с мужем жили отдельно. Она, конечно, понимала, что должна как-то втиснуться в этот «семейный уклад», поэтому с энтузиазмом бралась за любую работу в саду. Когда здоровье горбатиться на мужнину семью позволяло. Если Саша, гостя у родственников, начинала болеть, то ее тут же упрекали.
— Саш, я тебя сегодня в саду не видела, — протянула старшая золовка, — филонишь, что ли?
Александра, пытавшаяся приготовить обед, медленно выпрямилась.
— Не выходила я сегодня туда, Вер. Опять прихватило. Вздохнуть не могу, так болит…
— Люди давно таблетки от боли придумали! Урожай сам себя не соберет, Саш. Мы тут все пашем, а ты вроде как отдыхаешь.
— Я не отдыхаю, Вер, — тихо ответила Саша, — я просто не могу сейчас. Когда полегчает, я обязательно выйду. Обещаю.
К сожалению всей мужниной родни, прихватывал желудок у Саши часто. Она даже однажды слышала, как младшая золовка, Света, выговаривала Олегу:
— И на кой черт ты ее сюда таскаешь? Никакого толку от нее нет, вся больная какая-то! Жрать только готовит, и то, упрашивать надо! Пусть дома болеет!
Несмотря на весь скрытый негатив, родственники Олега к Саше частенько обращались за «профессиональной» помощью. Та трудилась в местной поликлинике, что давало ей определенные преимущества. Записать к узкому специалисту, вырвать нужный талончик, сделать ксерокопии медицинских документов — все это без очередей, быстро и, что самое главное, бесплатно. Первое время Саша родственникам не отказывала. Пока они не начали наглеть.
***
Будильник еще не прозвенел, когда телефон, лежащий на тумбочке, завибрировал. Саша вскочила и схватила смартфон. Трезвонила младшая золовка.
— Свет, что случилось?!
— Ты встала уже? Когда на работу? — золовка, как обычно, забыла поздороваться.
— Только проснулась, Свет. Что такое?
— Слушай, мне надо к кардиологу попасть. Он принимает только по вторникам, а у меня все никак не получается. Запиши меня на пятницу, а? Так сказать, в частном порядке.
— Свет, на пятницу никак. Во вторник можно попробовать тебя куда-нибудь приткнуть. Но я не обещаю… Буду на работе — гляну.
— Это когда будет, — протянула золовка, — сейчас глянь. Там ж пару минут всего.
— Свет, я не могу смотреть рабочую базу дома. Нет у меня со смартфона доступа туда.
— Ну, Саш, ну что тебе стоит? А я потом тебе помогу с чем-нибудь.
— Свет, я посмотрю, как только приду на работу. Потом перезвоню.
Едва она положила трубку, как зазвонил телефон снова. На этот раз звонила старшая — Вера.
— Санька, привет! Ты уже на ногах?
— Доброе утро, Вера. Да, уже на ногах.
— Мне нужно, чтобы ты сегодня меня отвезла к зубному.
— Вера, я сегодня работаю до пяти. И у меня нет машины, ты же знаешь. Мы же на машине мужа не можем кататься, пока он на работе. Олег ее не оставит.
— Может, ты отпросишься на час, отвезешь меня, а потом вернешься? Слушай, а ты не можешь водителя попросить, чтобы нас туда-сюда отвез, а потом это как служебный выезд оформить?
Саша закатила глаза:
— Какого водителя, Вер?
— Ну должны же быть у поликлиники машины на балансе? Скорые там, или обычные?
— Вера, нет у нас машин! И не могу я просто так отпрашиваться. У меня свои обязанности.
— А если я скажу, что мне плохо, и мне срочно надо? Ты же медик, ты понимаешь, что нельзя откладывать.
— Если плохо, то вызывай скорую. А возить тебя по плановым приемам я не могу!
— Ладно, я тогда брату позвоню, пусть он с работы отпрашивается. Как же вы мне надоели со своими правилами! — Вера швырнула трубку.
Александра тяжело вздохнула и пошла собираться. На работу она уходила на час раньше мужа, утром они пересекались редко. Поэтому пожаловаться ему она собиралась позже.
Вечером, когда Олег вернулся с работы, Саша пыталась обсудить с ним ситуацию.
— Олеж, ты б поговорил с ними, а? Света просила записать ее к кардиологу, а Вера требовала, чтобы я ее возила к зубному. Ну сколько можно? Я что, обязана?
Олег, уставший после рабочего дня, откинулся на спинку стула.
— Ну и что? Ты же можешь помочь. В чем проблема?
— Проблема в том, Олег, что это не просьбы, это — требования. Они даже «пожалуйста» не говорят. Все в приказном тоне…
— Саш, ты работаешь в поликлинике. Ты же понимаешь, что им проще через тебя, чем стоять в очереди.
— Я понимаю, что им проще, — парировала Саша, повышая голос, — а мне сложнее, Олег! И чуть что — я плохая! Я стараюсь быть хорошей невесткой, но они этого не ценят.
— Они тебя уважают, Саш. Просто так разговаривают. Они ж старше тебя, это нормально.
— Если уважение — это ежедневные утренние звонки с требованиями, то я не уверена, что хочу такого уважения, — отрезала Саша.
Олег ничего не ответил. Он всегда старался нейтралитет держать в вопросах взаимоотношения жены и его родни.
***
Саша сидела за рабочим столом, разгребая талоны, когда где-то над головой раздался требовательный голос:
— Да мне только спросить! Женщина, отойдите от окошка, я сюда по личному вопросу! Да пропустите, кому говорю!
Саша подняла голову и увидела старшую золовку.
— Саш, мне срочно нужно с тобой поговорить!
Саша вздохнула:
— Вер, я на работе. Давай потом? Люди кругом!
— Подождут. Это касается твоего мужа.
Саша перепугалась:
— Что случилось с Олегом?
— Ничего не случилось. Просто он мне сегодня отказал, когда я попросила помочь передвинуть шкаф! Сказал, что ты просила его не напрягаться.
— Вер, и ты из-за этого приехала? Да, я просила его не надрываться. У него спина сорвана! Лешка с вами живет, почему вы не просите его?
— Лешка вечно занят, у него стройка! Я тебе вот что сказать хочу, Саш. Прекрати Олега против нас настраивать! Пока он с тобой не связался, он нормальный был.
Вера развернулась и потопала к выходу. Саша, пряча глаза от людей, стоявших у окошка, опять взялась за бумажки. Что это было вообще?
***
Олег вообще не привык родителям отказывать. Саша это знала, и первое время после свадьбы относилась к этому даже положительно. Но теперь его боязнь расстроить маму и сестер дошла до абсурда — едва завидев сообщение или услышав звонок от сестры, он мгновенно срывался с места. Пару раз он Вере отказал по совету жены, прикрывшись сорванной спиной, а потом решил, что нервы ему дороже.
— Олег, ты опять? У нас же планы на завтра были, — пыталась она возразить однажды, когда он уже натягивал куртку, — сейчас уедешь, и опять ночевать не явишься!
— Вера позвонила, ей нужно срочно перевезти мебель из старого гаража. Лешка не может, он занят. Поэтому придется мне ехать.
— У нее муж есть! Олег, почему ты вечно по первому зову к ним срываешься? У нас своих дел нет?
— Саш, ты не поймешь. Ты же единственный ребенок в семье, тебя эгоисткой растили. А у нас принято помогать.
Придя в семью Олега, Саша быстро усвоила неписаные правила их «клана». Дни рождения — строго подарки в конвертах, как на и все крупные семейные торжества. Мужские праздники, 8 Марта, Новый год — обязательно общий сбор. Семья была большая: родители Олега, его бабушка с дедушкой, две сестры, брат, их вторые половинки и шесть племянников, которым тоже нужно было что-то дарить. Саша, конечно, старалась соблюдать эти традиции, только денег постоянно не хватало. Конечно, откуда им взяться, если у этого семейства по два-три праздника в месяц.
Тревожную закономерность Саша заметила не сразу. Вера и ее семья были самыми обеспеченными среди всех родственников. Правила «подарок в конверте» они никогда не придерживались — в основном, презентовали родителям, племянникам и иже с ними разные недорогие мелочи. И никто никогда по этому поводу не возмущался. Вера делала подарки всем, кроме Олега и Саши.
Сашу это коробило. Это ведь несправедливо! Саша от семьи деньги отрывает, одаривая все ее семейство, а Вера даже открытки вшивой ни разу не подарила!
— Олег, это как минимум странно. Мы дарим Вере на каждый праздник деньги, в конверт кладем минимум три тысячи. А она нам что? Фигу? — спросила Саша как-то после Нового года, перебирая скромные подарки от остальных.
— Саш…— отмахнулся он, — нет у нее, значит, возможности нам что-то дарит. Трое детей, сама ж должна понимать! По-моему, выпрашивать подарки у многодетной матери как минимум стыдно!
Саша так не считала. Для нее не сам подарок важен был, а внимание. Вот если бы даже Вера преподнесла ей какую-нибудь дешевую безделушку, потратила время на ее поиск, то тогда бы… Тогда бы да, она, Саша, понимала бы, что ее элементарно ценят.
Два года назад Вера проходила сложную операцию по удалению щитовидной железы. Саша задействовала все свои связи, сделала все, чтобы пребывание золовки в больнице было максимально комфортным. Саша близко дружила с заведующей хирургии — несмотря на разницу в возрасте, у женщин было много общего, поэтому Вере досталась лучшая палата, неконфликтные соседки и бережный уход.
То время Саша вспоминала с содроганием — Вера названивала ей и днем, и ночью. И всегда по абсурдному поводу:
— Санька, не спишь? Отлично! Саш, так манго захотелось! Сбегай в магазин, купи, а? да ну и что, что через сорок минут отбой? Успеешь обернуться! У тебя же супермаркет в двух шагах. Саш, как это «не пустят»?! Еще как пустят, ты же медик. Вон, с заведующей на короткой ноге.
— Санька, я на этом жутком постельном белье спать не могу. Оно колючее какое-то! Новое купи. Только шелковое бери, натуральное. И обязательно голубое! Это мой любимый цвет.
— Саш, попроси свою подружку, пусть она нам в палату телевизор поставит. Скучно, сил нет! Давай, Санька, шевелись! Чтобы к вечеру телик у нас стоял, а то я уже три серии любимого фильма пропустила.
Лежала Вера в больнице две недели. И ровно четырнадцать дней она чайной ложечкой выедала мозг Саше. И даже спасибо после выписки не сказала. внимание невестки золовка восприняла как нечто должное.
***
Правильно говорят, что любому терпению рано или поздно приходит конец. Саша искренне хотела стать «своей среди чужих», но у нее не получилось. Хроническое заболевание зимой обострилось, врачи стали настаивать на операции. Саша понимала, что без вмешательства не обойтись, поэтому новость эту восприняла спокойно. Родственники тоже были в курсе, о датах знали.
Вера, которая, как выяснилось, ждала четвертого ребенка, никак не отреагировала. Она ни разу не позвонила и не спросила, как чувствует себя невестка. О том, чтобы предложить какую-то помощь, и речи не шло.
Когда до операции оставалась всего неделя, Саша оформила больничный. Муж об этом прекрасно знал, но почему-то позвонил с работы и начал задавать странные вопросы:
— Саш, ты скоро на работу собираешься?
— В смысле? Естественно, не скоро! У меня больничный, я по врачам хожу, готовлюсь к операции. Ты почему спрашиваешь?
— Да Вера звонила, просила узнать. Ей нужно срочно сделать ксерокопии. У тебя же аппарат в кабинете стоит… Может, сделаешь ей копии? А я вечерком отвезу. Тебе сегодня надо на прием к кому-нибудь? Документы захвати.
Саше потребовалось несколько секунд, чтобы осознать услышанное.
— Чего?! Ты просишь меня сбегать на работу и бесплатно ей бумажки какие-то размножить? Олег, ты совсем с ума сошел?! У меня операция на носу, я столько всего сделать должна, у меня времени нет на эту ерунду! У Веры есть деньги на четвертого ребенка, но нет денег на такую мелочь?
— Саш, зачем деньги тратить, если ты можешь сделать все это бесплатно? — промямлил муж, — если ты идешь куда по делам, могла бы и на работу заскочить…
— А документы эти сами где? — взорвалась Саша, заранее зная ответ.
— Ну как где… У Веры, дома.
— То есть я за ними еще и съездить в деревню должна?! Олег, ты сам не понимаешь, что бред несешь?! Передай Вере, чтобы больше она ко мне с такими просьбами не обращалась. Никогда!
Муж молча положил трубку.
Видимо, Олег родственникам слова жены передал, потому что никто Сашу больше не беспокоил.
***
Прошло почти три недели после операции. Саша восстанавливалась дома. Олег в один из выходных сообщил, что их ждут на дне рождении:
— Саша, нужно идти. Обидятся ведь! Давай, собирайся. Ты нормально себя чувствуешь, уже и ходишь вон ровно, не так, как в первые дни.
— Олеж, пока тяжеловато… Ты знаешь, что у меня диета, мне многое нельзя. Организм пока не научился нормально функционировать без желчного пузыря…
— Саш, отказы не принимаются! Собирайся, говорю. Нас ждут.
Они с мужем опоздали на полчаса. Праздник был в разгаре, смех и музыка гремели в гостиной. Саша, стараясь не привлекать лишнего внимания, поздоровалась с родителями мужа, бабушкой, дедушкой, братом и племянниками. Вера сидела за столом и с кем-то увлеченно беседовала.
— Привет, Вер, — усаживаясь рядом, сказала Саша.
Вера подняла глаза, скользнула взглядом по Саше и демонстративно отвернулась, продолжая разговор с незнакомой Саше женщиной. Александре стало обидно до слез. Она оглянулась на Олега, но тот, казалось, ничего не заметил. Через несколько минут Вера демонстративно встала, взяла свою тарелку и перешла на другую сторону стола. Ее примеру последовала и Света — злобно посмотрев на невестку, она отсела подальше.
Саша толкнула мужа:
— Олег, что происходит? Почему она так себя ведет? — шепотом спросила она.
Олег пожал плечами:
— Обиделась. Вера вообще не хотела, чтобы ты приходила. Лешка настоял. Ты, Саш, просто извинись перед ней. Ее тоже понять можно. Она тебя о такой мелочи попросила, а ты разозлилась, на меня наорала, сказала, чтобы тебя из-за ерунды не дергали. Некрасиво это!
Саша с праздника ушла через час. Она поздравила именинника, преподнесла ему подарок и уехала на такси домой. Олег остался с семьей. По дороге домой Саша думала о своем будущем. Общаться больше с родственниками мужа она не будет. И помогать перестанет. Если Олег хочет, пусть навещает родню один.
