— Папа, это Лиза. Моя… твоя… — Роман запнулся, глядя на молодую девушку рядом с собой. — Твоя дочь. Владимир Павлович замер с чашкой кофе в руке. Шестьдесят два года жизни научили его не удивляться, но сейчас он не сдержал изумления. — Какая ещё дочь?
— Максим, хватит тянуть время, — Вероника собралась с духом, когда их дочке Стефании исполнился год. — Оставь уже свою супругу. Давай наконец создадим нормальную семью. Не заставляй меня действовать самостоятельно.
— Дашь мне ещё шанс? — прохрипел Вадим. — Нет! — отрезала Настя. — Но ведь ты обещала готовить сырники… — пробормотал он. Женщина только рассмеялась: после всего, что она узнала, единственные сырники, которые он заслуживал, должны были прилететь в него тарелкой.
Супруга покрылась алыми отметинами – благоверный с трудом привёл её в чувство: эти слова долетели и до жены. – Твоя матушка прямо как престарелая баронесса из старинного романа: бродит и пророчествует!
Виталий был уверен в крепости своего брака. Супруга Марина полностью посвятила себя воспитанию их дочери Кристины, в то время как он усердно трудился, чтобы обеспечить семью. Семья проживала в небольшой двухкомнатной квартире, купленной в кредит.
Алина вертела в руках банковскую выписку, словно надеясь, что цифры изменятся от пристального взгляда. — Миша, объясни мне, пожалуйста, — её голос дрожал от едва сдерживаемого гнева. — Почему с твоего счета уходит треть зарплаты неизвестно куда?
Ксения подошла к ординаторской и постучалась в дверь. — Войдите! — откликнулся Михаил Семёнович. — Я согласна, — заявила она с порога, сдерживая слёзы. Врач-онколог устало потёр веки и вопросительно посмотрел на неё. — Вы поговорили с мужем?
