Очередной жаркий июльский день подходил к концу. Раскалённое солнце немного поумерило свой пыл и скрылось за деревьями, уступив место прохладным сумеркам. Маша, скучавшая за стойкой регистрации, катала по ней стеклянный шарик.
— Мам, ты скоро? Опоздаем на спектакль! Погружённая в свои мысли, Наталья встрепенулась, выключила смартфон и улыбнулась сыну. — Уже иду, Серёж, просто зачиталась. Они с раннего утра собирались на новогоднее представление в Театр юного зрителя, и мальчик никак не хотел опаздывать.
Андрей и Катя жили в съемной двушке на окраине города. Ему было двадцать восемь, ей – двадцать семь, и казалось, что вся жизнь еще впереди, но для Андрея эта жизнь почему-то никак не начиналась. Он каждый вечер возвращался в их аккуратное, но чужое гнездышко
— Бабуль, ну дай хоть сто рублей на мороженое! — Лёня тянул старушку за рукав кардигана. — Все ребята покупают, а я как нищий стою. — Нет, Лёнечка, нет, — качала головой Анна Петровна. — Деньги нужно беречь.
Марина провела ладонью по гладкой поверхности столешницы и довольно вздохнула. Секретер XVIII века наконец обрел свой первозданный вид – лак лег ровно, позолота на бронзовых накладках заиграла, словно новая.
Дождь барабанил по окнам районного отдела опеки с настойчивостью просителя. Мария Королёва поправила очки и перечитала заявление от соседей семьи Волковых. «Постоянные скандалы», «ребёнок плачет по ночам», «отец агрессивен»…
Соня сквозь слёзы смотрела на своего жениха — теперь уже мужа. Только что она нашла его в подсобке ресторана, где он обнимался с их свидетельницей, её подругой Лилей. — Ты! — Валера шагнул к ней. — Сонь, подожди, ты всё не так поняла. Мы просто дурачились!
