— Вы кем приходитесь пациенту? — медсестра строго посмотрела поверх очков на женщину в ярком платье. — Я его жена, — уверенно ответила Лена, поправляя идеальную укладку. — Антон Сергеевич Воронов, сорок два года.
Валентина Петровна нашла его случайно — старый железнодорожный билет, затерявшийся в кармане демисезонного пальто. «Москва — Переславль-Залесский, 15 апреля». Она провела пальцем по выцветшим цифрам и вспомнила тот день полгода назад, когда впервые решилась на поездку.
Коридор в старой хрущёвке всегда был узким, но сейчас он казался Алине бесконечным тоннелем без выхода. Мать стояла у двери, раскинув руки, с собственными страданиями. В полумраке её фигура отбрасывала длинную тень, которая тянулась до самых ног Алины. — Ты бросаешь нас, Алина!
«Не пущу!» — кричала мать на взрослого сына. «Плевать мне на твою карьеру! Я требую, чтобы ты сдал билеты. Никуда ты не поедешь! Ты что же, хочешь, чтобы я в одиночестве померла? Я разве так тебя воспитывала?
– Не смей на меня орать! – взвилась младшая сестра. – Да, я твои деньги взяла, врать не буду. Я их верну обязательно! Дай раскрутиться, дай мне начать зарабатывать. Я тебе сто тысяч сверху накину, полмиллиона тебе вручу!
— Опять за своё взялся? — раздражённо бросил Михаил Петрович, глядя на сына. — Тебе бы детей нормально содержать, а ты всё в свои игрушки играешь! — Это не игрушки, пап. Это мой проект, — устало ответил Антон, хотя и понимал, что отец в чём-то прав.
Марина всегда знала, что отец любит Валеру больше. Не то чтобы Сергей Петрович специально это демонстрировал — просто так получалось. Старший сын пошёл в отца: высокий, плечистый, с золотыми руками и головой на плечах. А Марина?
