Элеонора медленно перемешивала салат, когда её муж Игорь вошёл в кухню с озадаченным выражением лица. — Элла, что-то мне непонятно с Ниной и Максимом. У них финансовые трудности появились? — произнёс он, присаживаясь на табурет.
Марина вздрогнула, услышав незнакомый голос: — Бабуля? Вы что-то хотели? Пожилая дама резко обернулась к молодой девушке, стоявшей рядом с какой-то женщиной средних лет. — Единственная бабуля здесь — это я!
Артур Павлович откинулся в своём рабочем кресле, массируя виски усталыми пальцами. Документы, разложенные по всей поверхности массивного дубового стола, не вызывали у него ни малейшего желания их изучать.
Софья сидела на краю постели, нервно теребя край нового пиджака. Завтрашний день должен был изменить всю её жизнь, но вместо радостного трепета девушка ощущала лишь тревогу. — Знаешь, мне кажется, я не готова к этому, — тихо проговорила она. Максим отмахнулся, усаживаясь рядом. — Брось переживать!
Мария прижималась спиной к старой березе, наблюдая за тем, как Николай рисовал палкой узоры на влажной после дождя земле. — Коля, какой же выход из всего этого кошмара? Её голос дрожал, а в уголках покрасневших глаз блестели непросохшие слезы.
Едва они переступили порог подъезда, Антон взял девушку за руку и произнес с виноватой улыбкой: — Не принимай близко к сердцу мамино поведение. Просто она безумно меня обожает. Вероника остановилась, подняла на него свои карие глаза и ответила едва слышно: — Я понимаю и не держу зла.
Утренний свет едва пробивался сквозь занавески, когда Анна тихо постучала в дверь младшей дочери. Лицо женщины было измождено бессонной ночью, а покрасневшие веки выдавали недавние слёзы. Только что закончилась очередная перепалка с Мариной — старшей
