Анна впервые за два года опоздала на службу. Торопливо натягивая униформу официантки, она попыталась привести в порядок растрепавшиеся волосы и стремглав бросилась в обеденный зал, молясь, чтобы её двадцатиминутное отсутствие осталось незамеченным. Увы, надежды не оправдались.
— Петрова! — раздался знакомый властный голос с верхней площадки. — Как освободишься от клиентов, немедленно ко мне в офис.
Елена Сергеевна была руководителем строгим, однако справедливым. Мелкие оплошности персонала она обычно прощала, но к нарушениям трудовой дисциплины относилась крайне серьёзно. Требовалось действительно веское обоснование, чтобы оправдать подобный проступок.
И у Анны такое обоснование имелось.
Обслужив последних посетителей и расставив на столе тарелки с едой, девушка с тяжёлым вздохом направилась в кабинет начальницы. Не колеблясь ни секунды, она без стука толкнула дверь и виновато улыбнулась.
— Ну что, проспала? — поинтересовалась Елена Сергеевна, взглянув поверх очков для чтения.
— Автобус ушёл прямо перед носом, — соврала Анна. — Садитесь, пожалуйста. Стул стоит здесь не для украшения интерьера.
Анна неохотно опустилась на указанное место и принялась нервно теребить накрахмаленный фартук дрожащими пальцами.
— Не совсем так дело обстоит, — покачала она головой, собираясь с духом. — У меня новость. Я ожидаю ребёнка.
Елена Сергеевна выронила авторучку, и широко распахнула глаза. От изумления все морщинки на её лице словно моментально исчезли.
— Вот как дела… Серьёзно говорите?
— Абсолютно серьёзно. Этим утром почувствовала недомогание, хотела даже по телефону отпроситься, но потом решила сначала сделать тест. Сама не могла поверить результату.
— А почему же не отпросились? — удивилась руководительница.
— Понятия не имею, — пожала плечами девушка. — Видимо, захотелось поделиться радостной новостью с коллегами.
Елена Сергеевна налила зелёного чая в две чашки и присела на край письменного стола.
— Поделиться радостью, — усмехнулась она. — И что же, станете бегать по ресторану и сообщать каждому посетителю о своей беременности?
— Ну зачем же всем подряд? — смутилась Анна. — Вы уже в курсе. Девчонки тоже узнают, когда придёт время. Разве плохо делиться счастьем с близкими людьми?
Она замолчала и внимательно посмотрела на Елену Сергеевну. Лицо той стало задумчивым и печальным, словно всплыли какие-то болезненные воспоминания.
— Счастьем… — тихо повторила начальница, водя пальцем по ободку чашки. — Да, возможно, материнство и есть настоящее счастье. К сожалению, мне это не довелось испытать. А кто отец малыша?
— Роман, — тут же откликнулась Анна. — Роман Ковалёв. Помните, он часто заходил к нам поужинать.
— Конечно помню, — кивнула Елена Сергеевна. — Никогда бы не подумала, что между вами всё настолько серьёзно. Ведь его отец владеет крупной строительной компанией. Довольно влиятельная фигура в городе.
Анна недовольно поморщилась, догадавшись, к чему клонит разговор.
— А какое это имеет значение? — возмутилась девушка. — Мы же любим друг друга, а всё остальное не так важно.
— Но предложения выйти замуж он не делал?
— Пока что нет.
Анна никак не могла перестать мять в руках свой фартук.
— Извините, но мне, наверное, пора возвращаться к работе.
— А как насчёт опоздания?
— Прошу прощения, больше такого не случится. Честное слово.
Она поднялась и направилась к выходу, но Елена Сергеевна жестом велела остановиться.
— Подождите, — улыбнулась она. — Послушайте, я понимаю, что покажется вам, будто лезу не в свои дела. Но мне небезразлично ваше будущее. Вы отличный сотрудник и хороший человек, и я это ценю. Вы же сами говорили, что родных у вас нет. Некому дать совет. Ковалёвы — люди сложные. Как и все богачи, думают исключительно о собственной выгоде. Не ровня вам этот Роман. Таких, как вы, у него была уйма. Он хищник, а вы — беззащитная жертва. Поиграет и забудет. А вам останутся одни страдания.
— Не знаю, честно говоря. Мне кажется, это всё-таки моё личное дело, — обиженно произнесла Анна. — Я пойду.
— Идите, идите, — кивнула начальница. — Простите, если обидела.
Анна молча развернулась и чересчур резко хлопнула дверью. От воодушевлённого настроения, с которым она влетела в кабинет, не осталось и следа.
— Ах, сиротинушка! — вздохнула после её ухода Елена Сергеевна.
Уже стемнело, когда Анна, выглянув в окно, заметила у подъезда автомобиль Романа. Радостно вскрикнув, она задёрнула шторы и бросилась к дивану. Буря самых разных эмоций бушевала у неё внутри с такой силой, что усидеть на месте было невозможно.
Девушка поправила скатерть на праздничном столе, добавила ещё несколько высоких свечей, проверила, достаточно ли охладилось шампанское. Наконец раздался звонок в дверь, и Анна стремглав помчалась в прихожую.
— По какому поводу торжество? — удивлённо спросил Роман, войдя в гостиную, украшенную воздушными шарами и гирляндами.
— Это сюрприз! — загадочно улыбнулась девушка, доставая из ведёрка бутылку шампанского.
Роман, так и не получив внятного объяснения, открыл бутылку и наполнил бокалы.
— А почему ты не пьёшь? — поинтересовался он, наблюдая, как Анна наливает себе сок.
— Решила меня отравить, что ли?
Она поперхнулась и замахала на него руками.
— Ну и глупости ты говоришь, — проворчала она, откашлявшись. — А не пью потому, что малышу это не понравится.
— Какому малышу? — не понял Роман.
— Обычному, крошечному такому. Он недавно появился. Вот смотри.
Анна метнулась к комоду и вытащила из ящика тонкую полоску, напоминающую градусник.
— Это тест, я утром делала, — пояснила она. — Видишь, две полоски? Это означает, что я беременна.
Роман застыл с бокалом в руке, так и не донеся его до губ. Анна искренне радовалась, глядя на его растерянность и думая, что она вызвана безграничным счастьем от услышанной новости.
## Когда отец отказался от ребёнка
— А ты уверена, что ребёнок от меня? — наконец спросил молодой человек, нарушив гнетущую тишину.
— А от кого же ещё? — изумилась Анна, посмотрев на него недоумевающим взглядом. — Ты что думаешь, что я…
Она хотела возмутиться, но в этот момент Роман так сильно сжал бокал, что тот лопнул, поранив ему ладонь до крови.
— Допустим, ребёнок от меня, — медленно проговорил он, стряхивая осколки на стол и перевязывая руку носовым платком. — Хорошо, я дам тебе денег, но всё остальное делай сама.
Анна схватила его за локоть и повернула лицом к себе.
— Какие деньги? О чём ты говоришь? — выпалила она.
— На аборт, — тут же ответил Роман. — Ты же не собираешься его оставлять?
— Какой аборт? — едва прошептала Анна, разжимая онемевшую руку. — Что ты такое говоришь? А как же мы?
Роман поднялся, сунул раненую руку в карман и нервно усмехнулся.
— Какие «мы»? — спросил он. — Ты что, совсем рехнулась? Зачем тебе эта обуза? Мне это вообще не нужно. Ты хоть понимаешь, каких усилий стоит растить ребёнка?
— А я думала, мы будем это делать вместе, — как во сне шептала девушка, уставившись на дрожащий и расплывающийся в её глазах огонёк свечи. — Думала, у нас будет семья. Мы ведь так долго встречаемся.
— Да мы встречаемся всего полгода с небольшим! — воскликнул Роман. — Ну и что из того? Все так живут. А ты что себе напридумывала невесть что? Детский сад, право слово.
— То есть моя любовь — это детский сад? — всё так же безжизненно спросила Анна. — И я тебе не нужна?
— Да перестань ты валять дурака, — поморщился Роман, застёгивая куртку. — Обсудим завтра на свежую голову. Тебе что-нибудь нужно?
Анна продолжала смотреть, как толстая витая свеча постепенно тает от пламени, медленно истекая воском.
— Нет, — ответила она.
Роман чмокнул её в лоб и ушёл, оставив после себя аромат дорогого парфюма и пятна крови на белой скатерти. Некоторое время Анна смотрела на них, потом вскочила, пронзительно закричала и опрокинула стол, разбив всю стоявшую на нём посуду.
Она рыдала всю ночь до самого рассвета. На заре силы её оставили. Девушка провалилась в беспробудный сон, едва добравшись до постели. Очнулась уже вечером, когда на улицах зажглись фонари.
Не до конца осознавая свои действия, Анна вышла из дома и бесцельно побрела по улице, не обращая внимания на моросящий холодный дождь. Прошла мимо ресторана, где работала, свернула в узкий переулок и зашла в какой-то небольшой магазинчик, торговавший дешёвым алкоголем.
Купив коробку вина, Анна тут же вскрыла её и сделала большой глоток. Ещё вчера она не притронулась бы к спиртному, а сегодня даже не думала о том, как это отразится на здоровье будущего малыша. Не думала она и о себе самой. Голова была удивительно ясной и пустой, словно кто-то взял и в одночасье стёр оттуда все мысли.
Всё, чем она жила последние месяцы, внезапно исчезло. Растаяло, как восковая свеча, горевшая вчера на праздничном столе.
Анна вышла из магазина и направилась к старому мосту, соединявшему город с пригородным посёлком. Она выросла в тамошнем детском доме, но с момента выпуска ни разу там не бывала.
Сумерки ещё не успели превратиться в беспросветную тьму, когда Анна дошла до моста. Когда-то давно, будучи ещё ребёнком, она вместе с друзьями из приюта часто сбегала сюда бросать камни в воду узкой извилистой речки или просто сидеть на перилах, наблюдая, как внизу медленно проплывают рыбацкие лодки.
Как-то её ровесник Серёжка решил пройти весь мост по узкому парапету, словно цирковой акробат. Он сорвался и разбился насмерть, ударившись головой о камни. После того случая воспитанники детдома больше не приходили на мост, и впоследствии Анна, всякий раз оказываясь здесь, вспоминала маленького темноволосого мальчика, который так и не дожил до своего двенадцатого дня рождения.
Остановившись у входа на мост, Анна сделала ещё глоток вина и быстро зашагала вперёд. Подошвы её ботинок стучали по металлическому настилу. В нос ударял запах тины и тухлой рыбы, который ветер доносил с сильно обмелевшей реки.
Закрыв лицо шарфом, Анна дошла до середины моста и перелезла через ограждение. Оказавшись на узком карнизе, она с трепетом посмотрела вниз и задержала дыхание. До воды было не меньше сорока метров.
Она допила вино и бросила пустую коробку вниз. Та медленно опустилась на волны и исчезла где-то в темноте. Сделав глубокий вдох, Анна подалась вперёд и замерла на самом краю, раскинув руки в стороны.
Ещё мгновение, и…
— Тётенька, вы чего? — вдруг спросил кто-то тоненьким голоском. — Прыгать собираетесь? Я бы не советовала. Петька однажды прыгнул отсюда, чуть шею себе не сломал. А Петька тренированный, он многое умеет.
Анна, вздрогнув, обернулась и внезапно, не удержавшись на ногах, сорвалась вниз. Успев в последний момент схватиться за тонкую арматуру, она попыталась подтянуться, но руки были слишком слабыми.
— Держитесь! — пискнула девочка, протиснувшись через ограждение. — Я сейчас, секундочку!
Малышка легла на живот, зацепилась ногами за арматуру и изо всех сил принялась тянуть Анну наверх, пыхтя и отдуваясь. Несмотря на небольшой рост и худобу, девочка оказалась удивительно сильной. Вытянув Анну почти до пояса, она позволила ей самой выбраться на карниз и только после этого разжала побелевшие пальцы.
— Спасибо, — поблагодарила свою маленькую спасительницу Анна, немного отойдя от пережитого. — Как тебя зовут?
— Лиза, — сказала девочка, отряхивая куртку. — А что вы здесь делаете в такое время? Почему не дома?
— Нет у меня дома, — пожала плечами малышка. — Я в детдоме живу, вон там, за речкой.
Она помогла Анне перебраться через парапет и подула на озябшие руки. Ночь обещала быть холодной. Сильный ветер разогнал дождевые тучи, а на ясном небе заблестели яркие звёзды.
— И давно ты там? — спросила Анна, протягивая девочке свои перчатки. — Что с родителями?
— Уже почти год, — вздохнула Лиза. — Маму машина сбила, и мне, честно говоря, там не нравится.
Анна надела перчатки на окоченевшие от холода руки Лизы и повела её в ту сторону, откуда пришла.
— Понимаю тебя, — кивнула она, обернувшись на темнеющую за мостом полоску леса, по другую сторону которого находился детский дом. — Я сама там выросла, жила до совершеннолетия. Всё надеялась, что меня кто-нибудь заберёт, но так и не дождалась. Пошли, может, чего-нибудь поедим. Как тебе такое?
— Здорово! — оживлённо кивнула Лиза. — Очень есть хочется.
Анна взяла её за руку и невольно подумала о том, что было бы с ней, если бы не эта девочка.
Накормив Лизу вкусным ужином в своём ресторане, Анна ждала такси, стоя на крыльце и о чём-то беседуя с новой знакомой. Какая-то машина, выехав из переулка на противоположной стороне улицы, ослепила их светом фар. Анна прикрыла глаза рукой, а когда убрала её, увидела перед собой Романа.
— Еле тебя отыскал, — воскликнул тот, подойдя ближе. — Дома нет, телефон молчит, а на работе сказали, что у тебя выходной. Решил ещё раз сюда заглянуть. А ты как тут оказалась?
— Чего тебе надо? — сердито отозвалась Анна.
— Да так, ничего особенного, — беззаботно улыбнулся он. — Поговорить хотел. Помнишь, мы же вчера договаривались.
— Ни о чём мы с тобой не договаривались, — буркнула Анна. — Как у тебя совести хватило прийти?
Роман сунул руки в карманы и слегка покачался на носках, соображая, как действовать дальше. И если бы не темнота, Анна смогла бы увидеть, что лицо его искажено злобной ухмылкой.
Наконец он достал сигарету и закурил.
— Да ладно тебе, — сплюнул Роман, вытирая губы. — Я ведь всё понимаю. Вчера был тяжёлый разговор, и мы немного разошлись во мнениях. Бывает. Ну и ты меня пойми. Ситуация касается и меня тоже. Твой ребёнок — это и мой ребёнок.
Говоря всё это, Роман постоянно смотрел на девушку, не замечая сидевшую на скамейке Лизу. Не понимая, о чём они спорят, девочка вскоре потеряла интерес к их беседе и подошла к дорогой машине Романа, чтобы получше её рассмотреть.
— Это он! — вдруг громко закричала девочка, бросаясь к Анне. — Это он!
Из её глаз брызнули слёзы. Тело охватила неудержимая дрожь. Анна, опустившись на корточки, обняла малышку и стала успокаивать, пытаясь при этом выяснить причину.
— Это он, он, — повторяла Лиза, оглядываясь на Романа. — Он убил маму.
Роман затянулся дымом и закашлялся.
— Да что за чушь? — воскликнул он, выбрасывая окурок. — Это кто вообще?
Лиза, справившись с переполнявшими её эмоциями, выпрямилась во весь свой небольшой рост и сжала кулачки. Она задрала заплаканное лицо и дерзко посмотрела на него.
— Это ты тогда сбил маму, — заявила она, прижимаясь спиной к Анне. — Она переходила дорогу, поскользнулась, а ты даже не остановился. Я хорошо запомнила твою машину. Она мне потом долго снилась.
Лиза, не в силах больше сдерживаться, разрыдалась снова.
— Ерунда какая-то, — буркнул Роман, пятясь к автомобилю. — Никого я не сбивал. Ладно, Анна, поговорим в следующий раз. Мне ехать пора.
— Стой! — крикнула Анна, вытаскивая телефон. — Не знаю, сбивал ты кого-нибудь или нет. В этом будут разбираться компетентные люди. Я вызываю полицию.
Роман рванул дверцу машины, но забраться внутрь ему помешала Лиза. Она кинулась к нему и вцепилась в ногу. Парень попытался её оторвать, но хватка девочки была крепкой как тиски. Тогда он размахнулся и решил ударить её. Лиза увернулась. Кулак Романа рассёк холодную ночную пустоту.
— Мелкая тварь! — взревел он, хватая девочку за волосы. — Да отцепись ты!
Жалобный крик послужил для Анны сигналом к действию. Она подскочила к бывшему возлюбленному и принялась колотить его руками, нанося беспорядочные удары.
Шум неожиданной драки проник в ресторан. Через мгновение оттуда появились официантка и помощник повара. Увидев, что Анна ведёт неравную схватку, Игорь поспешил на помощь и приложил Романа кулаком в челюсть.
Удар его только разозлил. Роман оттолкнул от себя назойливых женщин и переключил внимание на Игоря. Грязно выругавшись, он ударил его ногой в пах, а когда Игорь согнулся от боли, вытащил из кармана складной нож.
Раздался щелчок. Короткое лезвие блеснуло в свете уличного фонаря.
— Урод! — торжествующе прошипел Роман и полоснул Игоря по лицу. — На кого полез, гнида?
Помощник повара, не успев отойти от первого удара, повалился на асфальт, схватившись за лицо. Ошеломлённые такой жестокостью, женщины не посмели мешать Роману и молча проводили взглядом его отъезжающую машину.
Из оцепенения их вырвал новый истошный крик.
— Ну что стоите, растяпы? — закричала Елена Сергеевна, подбежав к пострадавшему. — Давайте помогайте, тащите его внутрь, живо!
— А как же Роман? — спросила Анна, получив от начальницы сильный толчок в плечо. — Он же сбежал.
— Ну и пусть бежит, — раздражённо ответила Елена Сергеевна. — Всё равно поймают. Давай, берись за ноги. Света, поддерживай голову.
Они занесли Игоря в ресторан и уложили на стол. Елена Сергеевна, внимательно осмотрев рану, велела Свете принести воды и перекиси.
— Ничего, главный глаз цел, — констатировала она, поглаживая Игоря по волосам. — Ещё чуть-чуть — и всё, а так вроде ничего серьёзного. Шрам, конечно, останется приличный, но это не страшно. Мужчин шрамы всегда украшали.
Когда Света вернулась с водой и аптечкой, Елена Сергеевна тщательно промыла рану и забинтовала лицо, а также велела Анне вызвать скорую. Но Игорь отказался.
— Как ты, Анна? — спросил он, приподнявшись и держась за живот. — Он тебя не тронул?
Анна пожала его дрожащую руку и улыбнулась.
— Нет, даже пальцем не тронул, — ответила она. — Спасибо тебе.
Игорь тоже хотел улыбнуться, но вместо улыбки получилась болезненная гримаса.
Оставив Игоря со Светой, Елена Сергеевна вместе с Анной и Лизой поднялись наверх обсудить происшедшее.
— А я ведь предупреждала тебя, дурёху, — проворчала начальница, разливая кофе. — Этот Роман отъявленный негодяй. Ну что, наигралась в любовь?
— Откуда вы всё это знали? — спросила Анна.
— Имела неосторожность связаться когда-то с его отцом.
Елена Сергеевна сделала глоток и откинулась на спинку кресла.
— Был у нас роман, знаешь, такая интрижка с плохим концом. Я тогда была молодая, глупая, вот и обожглась. Прямо как ты.
— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась Анна, усадив на колени испуганную Лизу.
— Когда мне было двадцать, я познакомилась с Олегом, отцом Романа, — начала начальница, глядя в потолок. — Он был старше меня на пять лет и богат благодаря родителям, которые торговали импортными товарами. Я думала, у нас всё серьёзно. Думала, что он любит меня, дурёха. А он свои дорогие часы любил куда больше. Но это выяснилось позже. Зачем ему нужна была такая простушка, как я, пусть даже красивая? Потом родители нашли ему подходящую партию — актрисульку какую-то. Вот он и бросил меня в один день, а я тогда была уже на пятом месяце.
— И что стало с вашим ребёнком? — спросила Анна, когда Елена Сергеевна взяла паузу. — Неужели вы…
— Нет, ничего я не делала, — горько усмехнулась начальница. — Не нашла в себе сил на такое. Я явилась к Олегу домой, сказала, что рожу этого ребёнка, а когда он вырастет, расскажу ему, какой у него отец. Олег тогда сильно разозлился, набросился на меня с кулаками и здорово отделал. В итоге случился выкидыш.
Елена Сергеевна принялась вытирать слёзы, которые текли по её морщинистым щекам. У Анны сердце сжалось — ведь эта женщина так много для неё сделала, а она даже не знала, как утешить. Да и как можно утешить мать, потерявшую ребёнка? Найдутся ли вообще такие слова?
— Мой отец, когда узнал, что я в больнице, хотел убить Олега. Я помешала, — вздохнула Елена Сергеевна, пряча намокший платок. — Отговорила еле-еле. Не хотела, чтобы он брал грех на душу. А ведь убил бы. Точно убил. Семь лет отсидел за убийство и снова бы это сделал ради меня и внука. Но всё обошлось. Отец Олега выплатил нам крупную сумму, пообещав больше никогда не беспокоить, если я не стану писать заявление и портить сыну жизнь. Я не стала, но сейчас жалею. Всё повторилось. Кто вернёт этой девочке мать?
Она посмотрела на притихшую Лизу и снова заплакала. Анна налила ей ещё кофе и накрыла пледом. Елена Сергеевна, растроганная такой заботой, заключила Анну в объятия.
— Слушай, надо наказать этого негодяя, — шепнула она. — А девочку я возьму к себе. Всегда мечтала о дочке.
— Как думаешь, из меня получилась бы мама?
— Из вас получилась бы прекрасная мама, — кивнула Анна.
— Не знаю, не слишком ли я стара для такой роли? — с сомнением уточнила Елена Сергеевна.
Лиза, посмотрев на двух перешёптывающихся и плачущих взрослых, нетерпеливо заёрзала на стуле.
— Я буду послушной, — сказала она, поняв, о чём речь. — Я всегда слушалась маму. Только заберите меня из детского дома, и я вас не подведу.
Она так выразительно посмотрела на них, что сердца обеих растаяли.
— Ты моя птичка, — сказала хозяйка ресторана, протягивая руки к девочке. — Иди ко мне, солнышко.
Она обняла её так крепко, как только могла, и в ту же минуту мысленно вернулась в то далёкое время, когда была ещё совсем юной и носила под сердцем своего так и не рождённого ребёнка. Но теперь, благодаря этой странной и даже страшной истории, произошедшей всего за одну ночь, Елена Сергеевна в свои шестьдесят с лишним снова ощутила себя матерью.
— Итак, прошу минуточку внимания, — объявила Елена Сергеевна, постучав чайной ложечкой по хрустальному фужеру. — Надолго не задержу. Понимаю, скоро Новый год, все голодны и хотят выпить, но выслушать меня всё же придётся. Как-никак я ваш начальник.
Она обвела взглядом притихших подчинённых, застывших с бокалами шампанского и сока в руках, и довольно улыбнулась.
— Как вы знаете, в уходящем году случилось много разного, — продолжала Елена Сергеевна, лукаво посмотрев на сидевших напротив Анну и Лизу. — Было и плохое, было и хорошее. Кто-то едва не лишился глаза и получил внушительный шрам в схватке со злодеем, которого благополучно наказали. А кое-кто на старости лет обзавёлся ребёнком. Кому-то ещё предстоит это счастье.
Так вот, дорогие мои, предлагаю выпить за то, чтобы мы и дальше друг с другом делили все беды и радости, как большая дружная семья. За нашу семью, за наш ресторан «Надежда». С наступающим Новым годом!
— Ура! — воскликнули все, поднимая бокалы.
Все радостно переглянулись, и Анна только сейчас заметила, как Игорь сверлит её многозначительным взглядом. Она ещё раз чокнулась с ним, и тот шепнул:
— Какие планы на новогоднюю ночь?
Анна отпила немного сока и загадочно улыбнулась.
— Пока не знаю, — ответила она. — А что, есть идеи?
Украшенное шрамом лицо Игоря просияло. Он залпом осушил бокал.
— Хочу пригласить тебя на свидание.
А ещё через год в этом же ресторане они сыграли свадьбу.
Читайте также: Муж контролировал каждый шаг жены до самого развода.
