Максим притворился спящим, когда услышал, как скрипнула дверь его комнаты. Сквозь полуприкрытые веки он видел силуэт дяди Толи на пороге. Мужчина постоял несколько секунд, покачиваясь — опять выпил. Потом тихо прикрыл дверь.
Анна Сергеевна промыла шприц и сложила инструменты в лоток. Процедурный кабинет поликлиники номер три выглядел точно так же, как двадцать лет назад, когда она сюда устроилась. Те же выцветшие плакаты, та же скрипучая кушетка. — Следующий!
Андрей стоял в дверях собственной квартиры и не мог заставить себя войти. Из-за двери доносился звук телевизора — очередное ток-шоу про измены и тесты ДНК. Он знал, что сейчас увидит: Света на диване, в том же халате, что и вчера, и позавчера.
Михаил стоял посреди пыльного чердака родительского дома и не знал, с чего начать. Вокруг громоздились коробки, старая мебель, связки газет. Всё это предстояло разобрать и вывезти до конца месяца — дом уже продан, новые хозяева ждут. «И зачем я вообще приехал?
Андрей Петрович присел на скамейку в парке и прикрыл глаза. Солнце пробивалось сквозь молодую листву, и где-то вдалеке слышался детский смех. Но ему было все равно. После ухода Тани весь мир словно потерял краски. — Эй, дедуля, не спи!
Максим последний раз видел отца, когда заканчивал школу. Тот приехал на выпускной — седой, сутулый, в потёртом пиджаке. Максим помнил, как стыдился его среди нарядных родителей одноклассников. Отец неловко обнял сына, сунул в руку конверт с деньгами и
Марина осторожно несла поднос с кофе и свежеиспечёнными круассанами в гостиную. На столике уже лежали распечатки с планами реконструкции, образцы тканей и каталоги мебели. Через час должен был приехать дизайнер, с которым они с Антоном планировали обсудить ремонт загородного дома.
