Опека над женой.
Юля не могла вспомнить, когда всё закончилось и где была точка невозврата к нормальной жизни. Может быть, после выкидыша у них с Артёмом всё изменилось? Ведь когда-то они любили друг друга… Или ей это только казалось?
личная история
Бумажный самолётик
— Что, опять выслуживаешься перед моей матерью? — усмехнулся Николай, глядя на старания жены, которая поливала цветы на подоконнике на даче свекрови. — Думаешь, оценят? — Да какая разница? — отмахнулась Оля.
Записка хирурга
— Вот сушки, вода и варёная картошка, — протянул пятидесятипятилетний Виталий пакет с продуктами своей жене-ровеснице Галине. — Спасибо, любимый, — ответила пациентка больницы, которой предстояла операция по удалению желчного пузыря.
Сирота с талантом
— Ну давай, дочь, вспоминай. Что сперва делаешь? — отец хитро смотрел на Олесю, сидящую за рулём его спортивного автомобиля. — Выжимаешь сцепление, медленно жмёшь на газ, а педаль сцепления в это время плавно отпускаешь. — Пап, ну хватит!
Благословение друга
Вся жизнь Корнея была какой-то беспросветно безумной. Он ни секунды ни о чём не жалел. Нищее детство, босоногое. С соседскими мальчишками они воровали в садах и огородах. Сдавали всё украденное барыгам за копейки, а на деньги покупали сладости.
Неожиданный сын
Ноябрьский дождь за окном шумел так, что Алла не слышала собственного голоса. Она разговаривала по телефону с домработницей, давая ей последние указания перед отъездом в командировку, но никак не могла расслышать, о чём та её спрашивает.
Мать молчала и терпела, — сказал сын.
— Вы кем приходитесь пациенту? — медсестра строго посмотрела поверх очков на женщину в ярком платье. — Я его жена, — уверенно ответила Лена, поправляя идеальную укладку. — Антон Сергеевич Воронов, сорок два года.