— То есть ты хочешь сказать, что мой покойный муж… — Лиля не смогла договорить, горло перехватило. Она смотрела на сестру и не узнавала её. — Именно! — Людмила откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди.
«Не могу, Лен, честно говорю — не могу», — Марина смотрела на экран смартфона, где мигало сообщение от матери, и чувствовала, как внутри поднимается знакомая волна беспомощности. Игорь, не отрываясь от планшета, на котором дорисовывал логотип для очередного заказчика, скосил глаза на жену. — Что случилось?
— Ты же понимаешь, что обязана нам помочь? — двоюродная сестра Марина смотрела на меня так, будто я только что отказалась спасти тонущего котенка. — У тебя своя фирма, машина хорошая. А мы с Толиком еле концы с концами сводим! — Обязана?
— Антон, ну что тебе стоит? — голос младшего брата в трубке звучал привычно просительно. — Всего-то на неделю. Ты же знаешь, я бы не просил, если бы не крайняя необходимость. Антон стоял у окна своего кабинета в школе и смотрел на опустевший после уроков двор.
Галина Петровна открыла дверь своим ключом — тихо, как всегда, чтобы не разбудить молодых, если они ещё спят. Суббота, половина десятого утра — самое время начать готовить борщ. В холодильнике у Марины, конечно, одни йогурты да салатики. Разве так питаются нормальные люди?