— Елена Владимировна, операционный блок подготовлен к работе? — Конечно, направляюсь немедленно. Хирург торопливо просмотрела медицинскую карту поступившей больной. Девятнадцатилетняя студентка стала жертвой дорожного происшествия.
— Значит, всё? Ты уходишь? Алёна смотрела на Максима с недоумением. В её глазах читалось непонимание происходящего. — Сколько раз мы говорили об этом? Сколько можно повторять одно и то же? Максим складывал свои вещи в сумку, не поднимая взгляда. — Стой! Не смей никуда идти! Слышишь меня?
— Молодец, правильное решение приняла, — одобрительно кивала Лариса, развалившись на диване. — Зачем ей мужик с ребёнком на шее? Вечером явлюсь домой, а он там сидит, весь такой несчастный, брошенный. Я его утешу, и всё как раньше станет — опять будем одной семьёй.
— Твоими методами воспитания объясняется то, как она сегодня поступает, — донёсся из телефонной трубки недовольный голос. Тон Валентины Петровны был настолько ледяным, что мог бы заморозить небольшое озеро посреди лета.
Когда Марина, поджав под себя ноги на краю дивана, наконец решилась и тихо произнесла: — У нас будет ребёнок, Эдуард даже не моргнул. Он сжал губы и ровно сказал: — Не «у нас», а у тебя. Я этого не хотел и не хочу. Родишь — это твоё решение. Потом не предъявляй претензий. Слова упали на […
Екатерина Михайловна, урождённая Соколова, в замужестве Петрова, преподавала в школе. Самая обычная учительница русского языка и литературы в заурядной школе на московской окраине. Работу любила, детей тоже.
Елена никогда не мечтала о богатстве. Окончив институт искусств, она устроилась работать в центральную городскую библиотеку. Скромный оклад казался ей вполне достаточным для жизни в большом городе. Чтобы сэкономить на жилье, девушка снимала тесную однокомнатную
