Глава 3 Дом без Гриши стал другим. Не тише — нет, Митенька один шумел за троих. Другим. Как будто из него вынули что-то тяжёлое, надёжное, и теперь стены чуть покачивались, когда дул ветер. Нина просыпалась рано, по привычке — в пять.
Глава 2 — Мам, а чего все стоят? Митенька дёргал её за руку и тянул шею, пытаясь разглядеть, что впереди. Народу на площади собралось — не протолкнуться. Стояли молча, задрав головы к репродуктору на столбе. Репродуктор шипел и потрескивал. Кто-то впереди сказал: «Тише, тише…
У Романа Дорохова с деторождением не складывалось, и это была единственная тема, которая могла вывести его из равновесия. Бизнес — нормально. Не империя, но три точки грузоперевозок по области, два склада, контракты с сетевиками.
— Ты вообще слышишь, что я тебе говорю?! Ты двадцать пять лет меня не слышишь! — А ты двадцать пять лет орёшь! Может, тональность сменишь, тогда и услышу! — Мам! Пап! — Лера стояла в дверях кухни с сумкой на плече. — Я ухожу. Насовсем. — Куда ты собралась на ночь глядя? — мать даже […
Глава 1 — Уходи. Уходи, пока я не передумала. Голос сел, слова вышли хриплые, будто чужие. Сердце колотилось так, что в ушах стучало. Нина вцепилась пальцами в край передника и не отпускала — побелели костяшки.
Глава 13. Лампадка Утро. Евдокия открыла глаза. Комната — серая, рассветная. За окном — тишина, только птицы. Июнь, светает рано, в четыре уже видно. Она лежала и не двигалась. Тело — тяжёлое, чужое. Глаза — сухие, выплаканные.
Глава 12. Казённый конверт — Это… мне? — спросила Евдокия. Татьяна-почтальонша покачала головой. — Клавдии Васильевне. Я к ней иду. Евдокия посмотрела на конверт. Плотный. Казённый. С угловым штампом — буквы мелкие, не разобрать на расстоянии.
