— Ты опять считаешь копейки? Это унизительно для нас обоих, — Стас брезгливо отодвинул тарелку с пловом. — Я же просил не класть мне курагу, она сбивает вкусовые рецепторы.
Алина молча убрала тарелку. Ей хотелось швырнуть ее в стену, но она лишь глубоко вздохнула.
— Стас, это не копейки. Это счет за электричество и квитанция за твой «творческий коворкинг». Десять тысяч в месяц, Стас. За эти деньги можно было бы собрать ребенка в лагерь.
— Опять ты за своё! — муж картинно закатил глаза. — Я работаю над стартапом, который изменит рынок архитектурного дизайна. Мне нужна тишина и атмосфера. Или ты хочешь, чтобы я чертил свои проекты на кухне, пока ты гремишь кастрюлями?
Алина посмотрела на свои руки. Маникюра не было уже месяца три. Она работала ведущим логистом в крупной сети, но денег катастрофически не хватало. Последние два года их бюджет напоминал дырявое ведро: сколько ни влей, всё уходило на «перспективные проекты» Стаса.
— Стас, твой последний проект «Эко-дом» закончился тем, что мы выплачивали кредит за твой макбук, который ты в итоге продал, чтобы «перекрыть кассовый разрыв», — тихо напомнила она.
— Это был пивот! Смена стратегии! — взвился Стас. — Ты мыслишь как… кладовщик. А я визионер. Кстати, мама звонила. У неё сломался холодильник. Я пообещал, что мы поможем.
— Мы? — Алина почувствовала, как холодеют пальцы. — Стас, у нас до зарплаты пять тысяч.
— Возьми из отложенных на отпуск. Мама не может жить без холодильника, у неё диабет, ей нужно хранить инсулин! Ты хочешь смерти моей матери?
Этот аргумент был козырным тузом Стаса. Любая попытка отказать его маме, Галине Петровне, приравнивалась к покушению на убийство.
***
На следующий день Алина отпросилась с работы пораньше. У неё раскалывалась голова, и она решила заехать в аптеку, которая находилась в том же бизнес-центре, где Стас снимал свой «офис-коворкинг».
Проходя мимо стеклянных дверей модного пространства, она замедлила шаг. Ей просто хотелось одним глазком взглянуть, как её муж творит историю архитектуры.
Администратор на ресепшене, молоденькая девушка с пирсингом в носу, вежливо улыбнулась: — Вы к кому? — Я к Станиславу Вербицкому, резиденту офиса 305. Я его жена. — Вербицкому? — девушка нахмурилась и застучала по клавиатуре. — У нас нет такого резидента. — Как нет? — Алина достала телефон и показала фото Стаса. — Вот он. Он снимает у вас место уже полгода. — А-а-а! — лицо девушки просияло узнаванием. — Так это Стас-Танкист! Нет, он не резидент. Он к нашему сисадмину Паше ходит. Они в серверной рубятся в приставку, когда начальства нет. Но Паши сегодня нет, так что и Стаса не было.
Алина почувствовала, как пол уходит из-под ног. — В приставку? — Ну да. Или в танки на мощном компе. Стас говорит, у него дома жена-пила, работать не дает, вот он тут душой отдыхает. Он Паше пиво носит и еду иногда заказывает.
Алина вышла на улицу. Воздух казался густым и липким. Значит, десять тысяч ежемесячно уходили не на аренду, а в карман «сисадмина Паши» или просто проедались в кафе, пока Стас «творил».
Она набрала номер свекрови. — Галина Петровна, здравствуйте. Это Алина. Как ваш холодильник? — Ой, Алиночка, спасибо, что спросила! — голос свекрови был бодрым. — Стасик такой молодец, привез мастера, тот фреон залил, теперь морозит как зверь! Стас сказал, ремонт дорогой вышел, тысяч пять, но для матери ничего не жалко. — Пять тысяч… — эхом повторила Алина. — А новый вы не покупали? — Зачем новый? Старый ещё нас переживет! Стасик сказал, вы мне новый хотели подарить, но я отказалась, зачем тратиться? Лучше вы себе машину поменяйте, а то Стасу стыдно на твоей развалюхе ездить на встречи с инвесторами.
Алина нажала отбой. Пазл сложился. Деньги «на холодильник» осели в кармане мужа, как и деньги за «коворкинг».
***
Вечером Стас вернулся домой в прекрасном настроении. — Фух, устал, — он бросил сумку в коридоре. — Переговоры были жесткие, но мы выходим на финишную прямую. Инвесторы из Дубая заинтересовались. Что на ужин?
Алина сидела за кухонным столом. Перед ней лежал листок бумаги и калькулятор. — На ужин у нас сегодня «финансовый аудит», Стас. — Что? Опять ты начинаешь? — Я была в твоем бизнес-центре. Видела «администратора». И с мамой твоей говорила про холодильник.
Стас замер. На секунду в его глазах мелькнул страх, но он тут же натянул маску оскорбленной добродетели. — Ты шпионила за мной? Ты проверяешь мою маму? Алина, это дно. Это тотальное недоверие. Как я могу творить в такой атмосфере? — Ты не творишь, Стас. Ты играешь в танки в серверной. И воруешь деньги из семейного бюджета. — Я налаживаю контакты! — заорал он. — Паша — племянник замминистра строительства! Это нетворкинг! Ты со своим бухгалтерским умишком никогда не поймешь, как делаются большие дела!
В этот момент в замке повернулся ключ. Это пришла Галина Петровна — у неё был свой комплект ключей, «на случай, если Стасику станет плохо». — Что за крики? — она вплыла в кухню, оценивающе оглядывая пустой стол. — Алина, почему муж голодный после работы? — Галина Петровна, заберите своего сына, — спокойно сказала Алина. — Вместе с его нетворкингом, танками и фреоном. — Ты что несешь? — свекровь подбоченилась. — Он гений! Ему просто нужна поддержка, а не твои упреки! Мы, между прочим, твою квартиру облагораживаем своим присутствием! — Вот именно, мою, — Алина встала. — Стас, собирай вещи. У тебя десять минут. Не успеешь — полетит в окно твой «макбук», которого у тебя, кстати, уже нет.
— Ты пожалеешь! — кричал Стас, запихивая рубашки в пакет. — Ты останешься одна, никому не нужная разведенка! А я поднимусь! Я буду смотреть на тебя с обложки Forbes! — Да-да, — кивнула Алина, открывая дверь. — Только подписку на Forbes оформи за свои деньги.
***
Прошло три месяца. Алина сделала маникюр и, наконец, купила путевку в санаторий, о которой мечтала два года. Денег, как выяснилось, на одну её зарплату хватало с лихвой, когда исчезла статья расходов «Гениальные проекты мужа».
Однажды вечером ей пришло сообщение с незнакомого номера: «Алин, тут тема есть. Крипта. Верняк 100%. Одолжи 50к до послезавтра? Верну с процентами. Мама болеет, очень надо».
Алина заблокировала номер и налила себе чаю.
