— Макс, сегодня ты никуда не поедешь. Максим оторвался от ноутбука. Вера стояла в дверях кухни с телефоном в руке, какая-то бледная. — Что случилось? — Сатурн в оппозиции к твоему Солнцу. Я трижды проверяла.
Григорий и Анастасия работали в одной больнице, хотя их должности находились на противоположных полюсах медицинской иерархии. Настя довольствовалась скромной должностью санитарки и не стремилась к карьерным высотам.
— Всё, Катерина, кончилось наше счастье, — хмуро заявил Пётр Игнатьевич, вернувшись с ночного дежурства на ферме. — Что такое, Петь? Ты что, пугаешь? — отозвалась Катерина Васильевна, продолжая месить тесто.
Александра сидела в кафе напротив бывшего однокурсника и чувствовала, как земля уходит из-под ног. Телефон в его руках светился яркими фотографиями: свадебные снимки, улыбающиеся молодожёны, праздничный декор.
«Денис неплохо получает». Марина криво улыбнулась. Восемьдесят пять тысяч ежемесячно. Из которых двадцать две тысячи уплывают Надежде Михайловне — коммунальные платежи, счета за свет, медикаменты. В минувшем году еще восемнадцать потратили на поездку свекрови в Крым.
Дождь барабанил по стеклам офисного здания, когда Вера впервые увидела свою новую коллегу. Та стояла у окна в приёмной генерального директора, и что-то в её силуэте показалось Вере знакомым до боли. — Вера Андреевна?
Вчера в кафе за соседним столиком сидела женщина лет сорока пяти. Красивая, ухоженная, с дорогой сумкой и точёными чертами лица. Она листала телефон, периодически поглядывая на входную дверь. Ждала кого-то. Через полчаса к ней подошла подруга —