— То есть ты хочешь сказать, что я должна просто так ее выписать? Из моей квартиры? — Ольга смотрела на телефон, не веря тому, что слышит. — Ну, Оль, ты же понимаешь, мне негде прописаться… — голос Кирилла был таким жалобным, будто он просил у неё последний кусок хлеба. — Я же отец Лизы! Неужели […
— Не поеду я на эту свадьбу! — отрезала Дарья, глядя на экран телефона. — Мама, ну хватит уже. Галина Петровна на том конце провода вздохнула так тяжело, будто на плечи ей только что взвалили мешок картошки. — Дашенька, ну как же так? Алёна — твоя родная сестра! Она выходит замуж, а ты…
— Илюх, ты чё, спишь ещё? Открой давай! — в дверь колотили так, будто её сейчас выломают. Илья прикрыл ноутбук, на экране которого мигали строчки кода, и глянул на часы. Половина десятого вечера. Работал он над проектом уже четвёртый час подряд.
Телефонный звонок разорвал воскресную тишину квартиры Софьи ровно в семь ноль три. Она попыталась проигнорировать назойливую трель, зарываясь лицом глубже в подушку. Какой нормальный человек станет звонить в такую рань в выходной?
«Не могу, Лен, честно говорю — не могу», — Марина смотрела на экран смартфона, где мигало сообщение от матери, и чувствовала, как внутри поднимается знакомая волна беспомощности. Игорь, не отрываясь от планшета, на котором дорисовывал логотип для очередного заказчика, скосил глаза на жену. — Что случилось?
— Просто выбрось его, Марина. Ну, пожалуйста. Это же абсурд — в твоём возрасте спать с игрушкой! — Не могу, — тихо ответила она, инстинктивно прижимая к груди рыжего вязаного кота. — Не можешь или не хочешь?
— Встреть их достойно, как родных! — умоляла мать дочь, обосновавшуюся в столице: Настя успешно устроила личную жизнь, выйдя замуж за москвича, владельца собственной жилплощади. Слова «как родных» навели начитанную Настю на мысли о персонаже из произведения Салтыкова-Щедрина. Каков был финал той истории?
