Лена сама себя ругала последними словами. Ну вот зачем? Зачем она так себя повела? Вроде не девочка уже — взрослая, состоявшаяся женщина. Ну да, отношений у неё было не так уж и много. К тому же все неудачные — и именно из-за её денег.
Татьяна ещё раз внимательно перелистала яркие фотографии на экране ноутбука, покачала головой и закрыла компьютер, словно пытаясь отодвинуть от себя навязчивые мысли. Поразительно — она, простая сибирячка, всерьёз изучает предложения о покупке дома на морском побережье.
Промозглым октябрьским утром 1993 года Алёна проснулась от странной тишины в квартире. Голова немного кружилась, а спина ныла. В последние дни спать становилось всё труднее — тридцать шестая неделя беременности тройней превратила даже простой поход в туалет в настоящее испытание.
После тяжёлых похорон свекрови муж настаивал побыстрее вынести её вещи, чтобы ничего не напоминало о матери и жить дальше. Но начав разбирать, я нашла конверт с запиской: «Валечка, если ты это читаешь, скорее всего, меня уже нет.
Кошечка Марта лежала на операционном столе. Ирина, наложив последние швы, осторожно погладила её мягкую, красивую пёструю шёрстку, затем укутала в одеяло и вынесла в приёмную, где их уже заждался взволнованный хозяин.
До электрички оставалось целых два часа, и Настя решила навестить свою преподавательницу, которая жила в частном секторе недалеко от вокзала. Нина Лукьяновна уже год как не работала, но бывшие студентки часто навещали педагога, отдавшего им столько душевных сил и тепла.
Боль, неудобства и одиночество были ещё ничем. Худшими спутниками Олега на больничной койке стали отчаяние и понимание того, что во всём виноват он сам. Это он пустил свою жизнь под откос, он сломал жизнь и своей невесте.
