— Прочитай это, — Марина протянула мужу сложенный листок. — Я нашла в папиных бумагах. Андрей взял документ, и его брови поползли вверх: — Это что за фокусы? Откуда это? — Похоже, папа составил дарственную, — тихо сказала женщина.
Лена проснулась от того, что Вовка снова закашлялся. Не открывая глаз, она потянулась к тумбочке — три часа ночи. В комнате пахло сыростью и перегаром. Вчера мать снова пришла под утро. — Лен, водички, — прохрипел братишка.
Телефон взорвался звонком в половине второго ночи. Артём вздрогнул, нащупал трубку на тумбочке, стараясь не разбудить Лену. На экране мелькало имя сестры. — Тёма, это я… — голос Оли дрожал. — Мы с мамой на площадке застряли. Дверь заклинило. — И?
Марина держала в руке направление. «Катаракта правого глаза. Рекомендована срочная операция». Врач сказал просто: «Тянуть нельзя. Ещё полгода — и всё». Телефон зазвенел. — Мам! — голос Артёма был возбужденным. — Ты не поверишь!
Мужские ботинки у порога. Сорок пятый размер, минимум. Наташа застыла с пакетами в руках — творог для мамы уже начал протекать через полиэтилен. — Мам? — она толкнула дверь кухни. На лестнице, ведущей на чердак, стоял мужчина.
