Валерия завершала проверку контрольных работ, когда раздался звонок от Максима. Его голос звучал виновато, когда он сообщал о внезапной служебной поездке.
— Билеты уже оформлены, отель забронирован. Вылетаю завтра утром, — произнес он торопливо.
Валерия выругалась про себя. Снова эти бесконечные командировки. Они же планировали провести выходные на даче с друзьями, и вот опять все планы летят к чертям. В последнее время Максима постоянно отправляли в поездки — каждый месяц что-то новое и всегда срочное.
Она аккуратно сложила ученические работы в стопку, взяла журнал и направилась к выходу из класса.
— Неужели больше некого послать, Макс? — с досадой произнесла она. — Ты у них вечно как скорая помощь. Я так надеялась провести эти выходные вместе.
— Валюша, любимая, — вздохнул Максим. — Я не просто так соглашаюсь. Это дополнительные деньги. Они же нам не помешают? У нас ипотека висит, ты забыла? Хочется побыстрее с ней разобраться.
— Но деньги — это не все, — возразила Валерия, поворачивая ключ в замке кабинета. Она подергала ручку для проверки и зашагала по пустому школьному коридору, стуча каблуками.
— Ты когда будешь дома? — поинтересовался Максим. — Хочу устроить нам романтический вечер.
— Сейчас журнал оставлю и выезжаю, — смягчилась Валерия. — А что на ужин будет?
— Что пожелает моя принцесса. Суши, пицца, роллы?
— Давай суши, — выбрала Валерия.
Дома ее встретил накрытый стол. Горели свечи, отбрасывая блики на хрустальные бокалы. Максим встретил жену в прихожей, помог снять туфли. Валерия опустилась на пуф, разминая уставшие ступни. На работе она всегда старалась выглядеть элегантно, не желая превратиться в типичную учительницу — серую, невзрачную, с безвкусным макияжем.
— Ты у меня самая прекрасная, — прошептал Максим, глядя ей в глаза. — Никогда не думал, что женюсь на принцессе.
— Хватит, — рассмеялась Валерия. — У меня разве что имя благородное.
— Проходи в гостиную, — пригласил муж жестом, протягивая руку.
Она вложила свою ладонь в его и поднялась. Вечер получился чудесным. Они пили вино, разговаривали, танцевали под музыку. Только одно омрачало настроение Валерии — завтрашний отъезд мужа. Она отвлекалась на время, забывала об этом, а потом резко вспоминала и грустно смотрела на Максима.
— Это, конечно, не катастрофа, — говорила она, — но я хотела на дачу поехать. Теперь звонить всем, переносить или отменять?
— Не отменяй, — покачал головой Максим. — Мы обязательно поедем везде, куда ты захочешь.
— И в Париж? — хитро прищурилась Валерия. — Хочу в Париж.
— И в Париж, — серьезно кивнул Максим.
— А в Рим? Потому что в Рим хочу я.
Они одновременно рассмеялись.
Самолет вылетал в восемь утра, поэтому вещи Максим решил собрать заранее. Валерия с тоской наблюдала за ним, потягивая остатки вина из бокала.
— Давай помогу.
У Максима как раз зазвонил телефон.
— С работы, — сказал он и вышел из комнаты.
Валерия со вздохом принялась складывать рубашки, положила в чемодан принадлежности для бритья, зарядку от телефона, сверху поместила ноутбук и блокнот. Снова накатила тоска. Не хотелось отпускать мужа. Они так мало времени проводили вместе в последнее время. То она на работе, то он в командировках — видятся от силы раз в неделю. Она уже не помнила, когда они последний раз проводили время вдвоем, просто наслаждаясь обществом друг друга.
Рабочий портфель Максима стоял на кресле. Надо поставить его рядом с чемоданом, иначе он опять забудет. Такое уже случалось. Она взяла портфель за ручку. Застежка оказалась открытой, и портфель раскрылся. Из внутреннего кармана выпали документы и рассыпались по полу.
Валерия присела, собирая бумаги, и вдруг наткнулась на два авиабилета. Изумленная, она посмотрела на пункт назначения. Морской курорт. Странно. И тут ее пронзило неприятное осознание. Муж едет вовсе не в командировку, а отдыхать. И не один — билетов два. Но с кем? И почему он солгал?
Потому что у него другая женщина.
Валерия замотала головой, отказываясь принимать эту мысль. Нет, у него не может быть другой. Они с Максимом любят друг друга. Он никогда бы не стал изменять. У них ведь все идеально, как в кино. У них настоящая любовь. По крайней мере, она так считала.
Предательская мысль закралась в голову: «Ты все себе придумала. Никакой любви между вами нет. Ты даже ребенка ему подарить не можешь. Посмотри на себя. Кто ты? Обычная учительница в средней школе, без особых талантов, без изюминки, простая женщина. А Максим — высокий, статный, с обаятельной улыбкой, которой голливудские звезды позавидуют. Карьера идет в гору, зарплата растет. Умный, да любая бы за такого зацепилась».
На глазах выступили слезы, но Валерия быстро сморгнула их и проглотила ком в горле. Максим сейчас вернется. Нельзя, чтобы он застал ее в слезах. Выяснять отношения не хотелось совсем. Она была выше этого.
Когда муж уснул, она взяла его телефон. Компрометирующих переписок не нашла. Зато обнаружила бронь отеля, запомнила название, вернула телефон на место и до утра так и не смогла заснуть.
С рассветом пришло твердое решение. Нужно лететь следом за Максимом, чтобы выяснить правду, убедиться в подозрениях или опровергнуть их. Ее терзал липкий страх. А если у него действительно есть другая, что тогда? Валерия хотела и боялась узнать правду, но понимала — жить в неведении она теперь не сможет. Не сможет притворяться, что ничего не видела. Эти проклятые билеты разделили их спокойную жизнь на до и после.
Утром Максим, ничего не подозревая, позавтракал, принял душ и стал собираться.
— В какой город едешь? — спросила Валерия.
Она еще надеялась, что его поездка в приморский город действительно рабочая.
— В соседний, — улыбнулся Максим. — Ничего нового.
— Понятно, — прошептала Валерия, чувствуя, как внутри поднимается волна обиды и боли. В соседний, значит, и совсем не на курорт. Тогда зачем билеты на море?
Максим внимательно посмотрел на ее лицо.
— Ты расстроена?
— Конечно, — ответила Валерия и через силу улыбнулась. — Теперь неделю тебя не увижу.
Максим крепко обнял ее, погладил по волосам.
— Скоро мы опять будем вместе. Потерпи немного.
Валерия кивнула, зажмурилась, чтобы не дать слезам пролиться. У нее кружилась голова от усталости, недосыпа, душевной боли. Она приняла таблетку, но легче не стало. А ведь еще нужно идти на работу.
Когда дверь за Максимом закрылась, она кое-как собралась, нанесла макияж, оделась. Вид оставлял желать лучшего. Красные опухшие глаза, дрожащие губы, круги под глазами. Валерия нанесла побольше консилера и тонального крема, густо припудрила лицо. Вроде получше.
Лучшая подруга и коллега Светлана сразу заметила ее состояние.
— Какая-то ты не в себе. Что случилось?
— Ничего.
— Давай колись, — потребовала Светлана.
— Мне на урок надо, — пробормотала Валерия.
— Хорошо, — согласилась Светлана. — После работы ко мне, поговорим.
Валерия, не ответив, выскользнула за дверь. Говорить ни с кем не хотелось, даже со Светланой. Ей казалось, что если произнесет вслух свои мысли, все подозрения станут реальностью, а так — просто догадки, бред воспалённого усталого мозга.
День тянулся мучительно долго. Перед последним уроком Валерия зашла к директору, попросила неоплачиваемый отпуск.
— По семейным обстоятельствам, — пояснила она.
— Пишите, — кивнула директор и осведомилась: — У вас что-то случилось?
— Да, у меня что-то случилось, — отчеканила Валерия, беря чистый лист. Рука дрожала, мысли путались, и написать заявление правильно получилось только с третьего раза.
Директор молча подписала его и убрала в папку. Также без слов кивнула.
Валерия вышла в коридор. Она задыхалась. Воздух стал тугим и вязким. Вдохнуть полной грудью не получалось. Она открыла форточку и некоторое время стояла, опираясь о подоконник.
Нужно собраться.
Откуда-то появилась Светлана, положила руку ей на плечо. Валерия захлопнула форточку и, повернувшись к подруге, неожиданно заплакала. Слезы сами побежали по щекам, и она принялась торопливо стирать их.
— Бедная моя, — сказала Светлана и обняла ее. — Рассказывай, что произошло. С Максимом что-то?
Валерия кивнула.
— Давай только не здесь.
Они пошли к выходу. В пустом коридоре разносилось эхо их шагов. Прошли просторное фойе с комнатными растениями, вышли на улицу. Солнце жарило вовсю, заливая школьный двор ярким светом. Валерия втянула носом прогретый воздух. Май выдался на удивление знойным для их широт. Вовсю цвели цветы, жужжали пчелы.
Валерия попыталась собраться с мыслями, но снова потерпела неудачу.
— Максим уехал на море.
— Один? — удивилась Светлана. — Без тебя?
Валерия покачала головой и снова заплакала.
— Нет, не один.
Светлана взяла ее за локоть, повернула к себе и некоторое время молча смотрела в глаза.
— Да, плохо дело, — наконец сказала она. — Пойдем ко мне, выговоришься, а дальше…
Она не договорила. Они быстро зашагали по школьному двору. Машина Светланы была припаркована у ворот. Она достала ключи, нажала кнопку. Автомобиль пикнул, щелкнули замки.
Шоссе было забито машинами. Все ехали за город на шашлыки, на дачи. Валерия бездумно смотрела вперед, погруженная в собственные мысли. Они скакали в бешеном темпе от одного к другому и обратно. Обычно уверенная в себе, она чувствовала себя разбитой и подавленной. Накатывала усталость, сжимала виски пульсирующая боль. Хотелось выбросить все из головы, но не получалось.
Где сейчас Максим? С кем? Почему так поступил? Почему обманул?
Дома Светлана достала из шкафчика бутылку вина.
— День на дворе, — вяло попыталась отказаться Валерия. — Какое еще вино?
Светлана повернула бутылку этикеткой к себе.
— Красное полусухое, — ответила она и поставила на стол. — Тебе сейчас нужно выпустить пар, так что давай.
Она взяла два бокала, откупорила вино и наполнила их почти до краев. Вино сверкало рубином, завораживало, притягивало взгляд. Валерия сделала осторожный глоток. По языку разлилась приятная сладость.
— Вкусно! — засмеялась Светлана. — Валь, я не понимаю, почему он так поступил.
— У нас же все хорошо было, во всяком случае…
— Ну, знаешь, мужчины вообще странные создания, — ответила Светлана. — Даже от признанных красавиц гуляют. Вон на звезд посмотри — там такие жены, вся страна мечтала бы жениться, а они налево бегают.
— Меня не интересуют звезды. Меня интересует, почему Максим меня обманул.
— Ну, допустим, не факт, что у него есть любовница, — подняла бровь Светлана. — Мало ли по какой причине он тебе не сказал, что едет именно на море.
— Какая еще может быть причина? — воскликнула Валерия и одним махом выпила второй бокал.
— Просто так. Вот взял и решил отпуск без тебя провести. А почему нет? Может, хотел отдохнуть? От отношений тоже нужно отдыхать.
— Ну так сказал бы мне, я бы поняла.
Светлана прищурилась.
— Уверена, что поняла бы?
Валерия задумалась. А ведь и правда. Вдруг он просто боялся сказать ей, что хочет побыть один, взять тайм-аут в отношениях.
— Ты вот что сделай, — сказала Светлана. — Купи билет туда же и посмотри, один он или с кем-то.
— Ты знаешь, куда конкретно он поехал?
— Да, видела бронь на гостиницу.
— Ну вот, давай прямо сейчас покупай билет и бронируй номер в том же отеле.
— Мне не скажут, в каком он номере, — засомневалась Валерия.
— Скажут, ты его жена, — уверенно ответила Светлана. — Давай, покупай билет.
Валерия подчинилась, взяла смартфон и зашла на сайт авиакомпании. Билеты стоили недешево — начинался туристический сезон, и на секунду она засомневалась.
Светлана, видя ее колебания, повторила:
— Покупай уже, что медлишь?
— Я как-то не знаю, зачем мне туда ехать? А если увижу его с другой?
— Знаешь, как сказал однажды Высоцкий: страшнее измены может быть только незнание о ней. Так что бросай сомнения. Лучше увидеть все своими глазами. Как ты будешь жить с вечными подозрениями? Один раз — и все. Изменяет — значит, развод. Нет — значит, все отлично. Я бы на твоем месте не сомневалась.
— Убедила, — пробормотала Валерия.
На следующий день в шесть утра она стояла у стойки регистрации. Вещей взяла минимум — все же не развлекаться летит.
Девушка за стойкой с милой улыбкой протянула ей посадочный талон и паспорт.
— Багаж есть?
— Нет, только ручная кладь.
Валерия подхватила свою небольшую сумку и зашагала к нужному выходу. Села на скамейку, вытащила телефон, быстро набрала сообщение мужу: «Как дела?»
Он ответил через десять минут: «Все хорошо, работаю. Как ты? Не грустишь?»
Валерия невесело усмехнулась. «Нет, тоже работаю».
Она закрыла мессенджер и уставилась прямо перед собой невидящим взглядом. «Вот и выясним, как ты там работаешь», — подумала она. «И где — в офисе или в кровати».
Снова накатил противный страх, опутал внутренности липкими щупальцами. Валерия вскинула подбородок. Нет, больше она не будет рыдать и трястись. Хватит. Сама себя уже опротивела, расплылась в слезах, погрузилась в обиду с головой. Нужно выяснить правду и закончить с этим раз и навсегда. Светлана была права — лучше знать об измене, чем не знать.
Краем глаза она заметила, что сидящий рядом мужчина с интересом разглядывает ее, но не обратила внимания. Она была привычна к мужскому вниманию. Только по привычке поправила волосы, глянула в зеркало — не размазалась ли помада, не потекла ли тушь. Оттуда на нее смотрела привлекательная женщина с темными волосами. Лицо на их фоне было аристократически бледным, губы выделялись ярким красным пятном. Выглядеть эффектно Валерия умела и знала это.
Она защелкнула зеркальце, убрала в сумку. И вот такой женщине Максим решил изменить.
Началась посадка, и Валерия вместе со всеми пошла по приставному коридору в салон самолета. У входа пассажиров встречали две улыбчивые стюардессы. Она кивнула в знак приветствия, нашла свое кресло и, закинув ручную кладь в багажник, села.
Рядом уже сидел тот самый мужчина. Валерия окинула его холодным взглядом, улыбнулась краешками губ. Он ответил на улыбку.
— Какая удача! Наши места оказались соседними, — сказал он.
Валерия поразилась глубине его голоса — мягкий, точно бархат, с низким тембром. Он будто обволакивал. Она подняла голову и встретилась с его взглядом. Короткое мгновение они смотрели друг другу в глаза. Потом она отвернулась. Привлекательный мужчина, очень. Ничуть не уступает Максиму.
— Это для вас удача? — безразлично спросила она. — Мы ведь не знакомы.
— Это легко исправить, — ответил мужчина и протянул ладонь. — Я Дмитрий.
— Валерия, — зачем-то представилась она.
— Имя у вас не менее красивое, чем вы сами, — ответил комплиментом Дмитрий.
Валерия поморщилась, но ничего не сказала. Она не была настроена ни на знакомство, ни на беседу. Пристегнула ремень и, сложив руки на коленях, стала ждать.
Самолет выруливал на взлетную полосу. Из динамиков лился приятный женский голос, объясняющий правила поведения при взлете.
— Куда вы летите? — снова заговорил Дмитрий.
— Туда же, куда летит самолет, — бросила Валерия, всем своим видом пытаясь показать, что не хочет разговаривать.
— Можно лететь куда-то в другое место, находясь в нем?
Дмитрий засмеялся.
— Нет, конечно. Я имел в виду не пункт назначения.
— А что же?
— Цель.
Валерия вздохнула.
— Зачем люди летают на море?
Он пожал плечами.
— По-разному.
— Ну вот вы?
Валерия всем телом повернулась к нему.
— Вы зачем туда летите?
— По работе.
— Ну вот, — начала Валерия и осеклась. Она ожидала другого ответа.
— А вы зачем?
— А я в море купаться.
— Ясно, — протянул Дмитрий. — Жаль, не смогу составить вам компанию.
Ей и не нужно.
Они замолчали. Валерия прикрыла глаза, сделала вид, что задремала. Самолет слегка потряхивало. В салоне стояла тишина. Дмитрий достал телефон и принялся что-то читать. Валерия облегченно вздохнула. Наконец-то он отстал от нее со своими светскими беседами. Что это вообще за наглость лезть, если видишь, что человек не расположен к общению?
Его интерес к себе она ощущала будто кожей — слишком уж явный он был. Дмитрий то и дело искоса поглядывал на нее, порывался снова заговорить, но не решался. Валерия чувствовала, как он мучительно подбирает подходящую тему, усмехалась про себя. Ей почему-то доставляла удовольствие его неловкость.
— В какой город едете? — наконец нашел он тему.
— В Севастополь.
— Севастополь, — протянул он. — Прекрасный город. Был в прошлом году, отдыхал там. Очень живописные пляжи. А в Балаклаве вы бывали?
— Вы один там отдыхали? — вопросом на вопрос ответила Валерия. — Наверняка не один, с женой.
Она быстро поглядела на его правую руку. Кольца не было.
— Да, один. Советую вам побывать в Балаклаве, не пожалеете.
Они снова замолчали.
— У меня есть некоторая работа там, — заговорил Дмитрий. — А после, если позволит время, разрешите сопровождать вас.
Валерия мотнула головой.
— Я замужем.
— А я и не собирался вас у мужа уводить, — мягко сказал Дмитрий. — Просто хотел составить вам компанию.
Валерия вдруг подумала: «Если Максим там с любовницей, что мешает ей завести любовника? Пусть даже на неделю».
Она уверенно посмотрела на Дмитрия прямо в глаза, улыбнулась.
— А знаете, давайте. Вдвоем лучше, чем в одиночку.
— Это точно, — просиял Дмитрий. Вытащил из кармана блокнот, размашисто написал цифры и, вырвав листок, протянул ей: — Это мой телефон. Звоните в любое время дня и ночи.
— Непременно, — пообещала Валерия и спрятала листок в карман юбки.
— А что у вас там за работа на курорте?
— Я журналист, — пояснил Дмитрий. — Еду проводить журналистское расследование об одной компании и ее нечестных схемах.
— Как интересно! — воскликнула Валерия. — А я вот простая учительница русского языка и литературы. У меня работа скучная. У вас же прямо как в кино — скандалы, интриги, расследования.
Дмитрий весело засмеялся.
— Что вы! Такая же скучная. Много писать приходится, сутками за ноутбуком сижу, стучу по клавишам.
— И расследование проводите, — поддела его Валерия.
— И расследование, — кивнул Дмитрий, — которые тоже скучные до зубовного скрежета.
Они говорили до самой посадки. Дмитрий оказался приятным, интересным собеседником, но Валерия ни на секунду не забывала цель своей поездки.
Когда они вышли из аэропорта, новый знакомый посадил ее в такси, помахал на прощание рукой и жестом показал: «Звони».
Валерия кивнула. Машина тронулась с места, вырулила со стоянки и покатилась по шоссе. Водитель включил музыку. Валерия без интереса смотрела на проносящиеся мимо городские пейзажи. Вытащила телефон и написала мужу еще одно сообщение.
Сердце отчаянно колотилось. Максим ответил в том же духе: «Работы просто тьма. Некогда даже поесть нормально».
«Интересно, какая работа? Как она выглядит, эта работа? Не длинноногая блондинка какая-нибудь с томным голосом?»
Валерия почему-то уже была однозначно уверена — у мужа есть другая. И сейчас он отдыхает с ней в гостиничном номере. Иначе почему он не сказал правду? Почему слукавил? Однозначно ему есть что скрывать. И навряд ли это действительно работа.
Город встретил их мелким дождем. Небо было сплошь затянуто тучами. Лишь с самого края над горизонтом виднелся небольшой кусочек ясного синего неба. Странно — юг, а погода такая пасмурная, хотя на дворе середина мая. Дул резкий порывистый ветер. Деревья тревожно раскачивали зеленые кроны, словно перед грозой.
Такси остановилось у входа. Водитель вытащил из багажника сумку Валерии, и она поднялась по широкому крыльцу к стеклянным дверям.
— Добро пожаловать, — вежливо сказал администратор. — Вы бронировали номер?
Валерия кивнула и протянула ему паспорт. Тот раскрыл его, пощелкал по клавиатуре.
— Да, у вас номер 315. Скажите, пожалуйста, у вас живет Соколов? Максим Соколов? Он мой муж.
— Он вам кем-то приходится? — тем же отстраненно вежливым тоном поинтересовался администратор.
— Да, это мой муж. Я же Валерия Соколова.
— Вы можете быть просто однофамильцами, — парировал администратор. — Но я посмотрю.
Он снова защелкал клавишами.
— Да, у нас проживает Максим Соколов, номер 222.
— 222, — повторила Валерия. — Легко запомнить.
Администратор улыбнулся.
— Приятного отдыха.
Валерия поднялась в номер, отперла дверь карточкой и с облегчением сбросила туфли. Бросила на пуфик сумку с вещами, без сил рухнула на кровать и сразу же уснула крепким сном.
Утром погода стояла солнечная. Валерия заказала в номер легкий завтрак и черный кофе без сахара. Настроение было плохим. Максим с середины дня не отвечал на сообщения, хотя все они были прочитаны. Неужели настолько занят своей работой?
Она написала Светлане, подробно рассказала про все.
— Хорошо, что ты подсмотрела, в какой гостинице у него бронь, — написала подруга. — А то ищи-свищи. Не опускай руки и выше нос. Все будет хорошо, я уверена.
И широко улыбающийся смайлик.
Валерия отправила ей знак «окей».
Она собиралась спуститься вниз и посидеть в лобби. Рано или поздно она должна увидеть Максима. Сердце опять мелко задрожало, но Валерия решительно сказала себе: «Нужно увидеть все своими глазами, узнать правду, какой бы неприглядной она ни была».
Ждать пришлось долго, около двух часов. Валерия выпила несколько чашек ароматного чая, маленькую бутылку воды, съела пирожное и прочитала с десяток длинных статей. А Максим все не появлялся.
Когда терпение было уже на исходе, она услышала знакомый голос. Что конкретно он говорил, она разобрать не могла. Сидела далеко от двери. Повернула голову.
Муж шел под руку с высокой брюнеткой в темных очках. Щеки заполыхали. Вот наконец она и увидела его «работу». А «работа»-то на нее саму похожа — та же стрижка, тот же стиль одежды.
Дама уверенно шагала на высоких каблуках, держа в руке лаковый черный клатч с золотистой застежкой. Валерия жадно рассматривала ее. Одета дорого, элегантно, со вкусом. Уверена в себе, слегка небрежно шагает с королевской надменностью. Размеренно спокойная, плавные движения, царская осанка, высоко вскинутый подбородок. Красивая, в конце концов. Может быть, красивее Валерии.
От нее будто веяло дороговизной, утонченностью и хорошим воспитанием. Каждое движение отточенное, но непринужденное. Она явно знала себе цену и производила незабываемое впечатление.
Они подошли к стойке администратора, о чем-то коротко поговорили и двинулись к лифту. Когда двери закрылись, Валерия поспешно встала из-за стола и почти бегом направилась за ними. Каждая секунда казалась вечностью.
Она поднялась на второй этаж, увидела в конце коридора две удаляющиеся фигуры, притормозила. Нельзя, чтобы Максим ее увидел. Они остановились у двери. Едва слышно щелкнул замок, и они скрылись. Хлопнула дверь.
Валерия сняла туфли и бесшумно прокралась к номеру, ступая на носочках по мягкому ковролину. Из-за двери слышался женский смех. Голос Максима. Звякнули бокалы.
По щекам Валерии потоком полились слезы. «Работа у него, значит. И как хватило совести?»
Она с громким стуком бросила туфли на пол, обулась и широким шагом зашагала по коридору. Позвонить ему прямо сейчас и все рассказать? Или вернуться домой, дождаться его, а там уже и выяснить все, глядя в глаза?
Валерия вновь и вновь утирала слезы тыльной стороной ладони, а они все катились и катились. Хорошо, что тушь водостойкая, а то была бы сейчас похожа на панду.
У себя в номере она успокоилась, привела себя в порядок и позвонила Светлане. Та долго молчала в трубку.
— Сочувствую, — наконец сказала она. — Никогда бы не подумала, что твой Максим загуляет.
— Он больше не мой, — припечатала Валерия. — Вернусь домой и подам на развод. Пусть катится к своей этой.
— Правильно, — поддержала Светлана. — Нельзя такое с рук спускать. Я, честно говоря, думала, что ты его простишь.
— Это почему?
— Да потому что с тех пор, как вы сошлись, ты какая-то прямо мягкая вся стала. Растеклась, как мороженое в микроволновке. Ослепла, как будто.
— Видимо, и правда ослепла. Интересно, сколько это уже длится за моей спиной?
— С тех пор, как он начал в эти свои командировки ездить, понятно же. То не ездил никуда, и вдруг на тебе — начали постоянно отправлять.
— Наверное.
Валерия не знала, что сказать.
— Я не только ослепла, но и оглохла.
Вечером она решила пойти на набережную, прогуляться. Если уж приехала, то почему бы не посмотреть на море? Не только же об этом грязном предательстве думать. Очень хотелось развеяться, почувствовать на лице черноморский бриз, послушать прибой.
Шум волн успокаивал нервы, приостанавливал стремительный бег мыслей. Валерия присела на широкую скамейку со спинкой и уставилась в морскую гладь. Кричали над головой чайки. Море жесткой пеной омывало памятник затопленным кораблям, разбивалось тысячами соленых брызг. Они сверкали бриллиантами в лучах багряного закатного солнца.
— Валерия! — раздался за спиной голос. — Здравствуйте.
Валерия обернулась. У скамейки стоял Дмитрий и с улыбкой глядел на нее, держа в руке стакан с кофе. Мимо пронеслась чайка, крикнула недовольным голосом, и море ответило ей мягким шелестом волн.
— Добрый вечер, — кивнула Валерия.
— Позволите присесть?
Она отвернулась, показывая, что ей все равно. В душе вдруг образовалась пустота, навалилась давящим камнем, потекла по венам. Какая разница, что будет дальше? Разве можно нормально жить после того, что случилось? Нет. Разве что только существовать.
— Как вам здесь? — спросил Дмитрий, усаживаясь рядом. Отпил глоток из стакана. — Я вот люблю море.
Валерия молчала. Солнце уже начинало красным золотом плавиться в водах, и она сняла темные очки. «Интересно, что сейчас делает Максим? Развлекается с той красоткой, которая почему-то так похожа на нее саму. Странный выбор любовницы».
— Вы выглядите подавленной, — снова заговорил Дмитрий.
— Так и есть, — наконец ответила Валерия.
И вдруг неожиданно даже для самой себя выплеснула все — рассказала от начала и до конца. Боль поднималась волнами, опрокидывалась, впивалась в сердце безжалостными когтями, но глаза оставались сухими, а голос отстраненно безразличным и тихим.
Дмитрий выслушал ее, не прерывая. Валерия замолкла, встала, оправила юбку.
— Давайте спустимся вниз к воде, — предложила она.
Они медленно прогуливались по мощенной брусчаткой набережной. Валерия положила руку на сгиб локтя Дмитрия, вдыхала аромат его дорогого парфюма. Тот смотрел вперед, и она искоса видела его профиль — красивый, точеный, будто у статуи греческого бога. Подумала: если б не обстоятельства, она вполне могла бы в него влюбиться.
Они остановились у кофейни, взяли с собой два чая. Валерия пила и все никак не могла напиться. Она будто утоляла неистребимую боль с каждым новым глотком. Выкинула пустой стаканчик в мусорку и взяла новый.
За столиками на улице сидели люди. Мелькали улыбки, обрывки разговоров. Каждый был занят своей жизнью. И никому, совершенно никому, не было никакого дела до рушащегося на глазах мира Валерии.
— Расскажите о своей работе, — попросила она Дмитрия.
Ей хотелось отвлечься.
— Ничего интересного. — Он улыбнулся уголками губ. — Прилетел сюда для журналистского расследования. Как я уже и говорил, тут одна местная фирма промышляет темными схемами.
— Какими? — полюбопытствовала Валерия.
— Женщина, владелица фирмы-однодневки, заключает договор на поставку товара, — начал охотно объяснять Дмитрий. — Но фактически ее фирма перевезти ничего не может. Поэтому она покупает услуги у другой фирмы, уже настоящей, и платит ей меньше, чем заплатил поставщик, а после делает липовые документы на аренду помещений для хранения товаров.
— Ничего не поняла, — помотала головой Валерия. — Почему договоры аренды фиктивные?
— Потому что она ничего не перевозила — все сделала другая компания. Никакая аренда ей была не нужна, но она ее оформила, а де-факто забрала разницу в оплате себе. — Он помолчал. — Я слежу за ней уже третий день. Она не одна, а с мужчиной, имени которого я не знаю, но должен узнать. Он явно ее помощник.
Валерия допила второй стаканчик чая. На улице уже стемнело, зажглись фонари.
— Проводите меня до гостиницы?
— Конечно, — с готовностью отозвался Дмитрий. — Тут десять минут пешком.
По дороге они продолжили обсуждать нечестные схемы. Как у людей хватает смелости на такие крупные обманные махинации? Почему они не хотят работать честно, как другие? Не боятся ли тюрьмы?
— Наверное, надеются, что успеют нагреть руки и убежать из страны, — рассуждал Дмитрий.
— Однозначно, — согласилась Валерия.
У крыльца гостиницы она повернулась к нему, взглянула прямо в глаза.
— Спасибо, что проводили.
Они стояли в густой тени раскидистого дерева, и Валерия плохо видела лицо Дмитрия. Ей казалось, что он снова улыбается.
И вдруг за его спиной она увидела выходящего из гостиницы Максима. Под руку он вел свою даму, наряженную в роскошное вечернее платье. Они шли к ждущему их дорогому автомобилю и о чем-то бурно спорили. Женщина хмурилась. Максим выглядел разгневанным, шел широким шагом, буквально тащил ее за собой, и что-то раздраженно говорил.
— А вон мой муж, — с горечью сказала Валерия.
Дмитрий обернулся.
— Ваш муж? — изумился он.
Парочка забралась в салон автомобиля, хлопнули мягко дверцы, и он тронулся с места, вырулил на проезжую часть.
— Так это же… — начал Дмитрий и осекся, но тут же заговорил снова. — Это же та самая женщина!
— Какая? — не поняла Валерия.
— Про которую я вам рассказывал.
Настала очередь Валерии удивляться. Она расширившимися глазами следила, как черный автомобиль выехал на дорогу, тут же притормозил на светофоре.
Дмитрий кинулся вперед, держа Валерию за руку.
— Вы же хотите узнать подробности измены? — на бегу говорил он. — Сейчас и узнаем.
Они подскочили к стоящему у входа такси. Дмитрий рванул заднюю дверцу и подтолкнул Валерию вперед. Секунда — и они оказались в темноте салона.
Водитель обернулся, флегматично посмотрел на двух взъерошенных пассажиров.
— Куда?
— Вон ту машину видите? — указал Дмитрий. — За ней.
— Погоня, значит, — вздохнул водитель и завел мотор. — Я об этом мечтал, чтобы вот так ко мне кто-то прыгнул и попросил преследовать машину.
Дмитрий нервничал.
— Можно быстрее?
Они выехали на дорогу. Водитель уверенно поддал газу, и через пять минут они поравнялись с автомобилем Максима и его любовницы.
Валерия ошарашенно глядела через тонированное стекло. «Ну и ну! Так ее муж, оказывается, замешан в каких-то нечестных схемах. Вот это, как говорится, поворот».
Она никак не могла поверить в происходящее.
Дмитрий вытащил из сумки фотоаппарат и спешно защелкал затвором.
— Снимки будут плохие, — машинально сказала Валерия. — Освещение не очень.
— Потом разберемся, — отмахнулся Дмитрий.
Он был полностью сосредоточен на едущем рядом автомобиле. Они то ехали чуть позади, то догоняли его, пока не остановились у ресторана.
Максим выскочил с заднего сиденья и подал руку любовнице. Валерия с Дмитрием смотрели, как они идут ко входу. Дама, как и всегда, уверенно вышагивала на тонких шпильках. Дмитрий фотографировал каждый их шаг.
— Шикарный будет материал!
Он подкручивал какие-то колесики на фотоаппарате, щелкал кнопками и снова прикладывал к камере глаз.
— Я думал, они сегодня уже не выйдут.
Когда Максим со спутницей скрылись за дверями, Дмитрий, протянув водителю крупную купюру, выпрыгнул из машины. Валерия тоже выбралась вслед за ним.
— Что будем делать дальше? — спросила она.
Ее начало захватывать это приключение. В крови забурлил адреналин. Она чувствовала себя детективом.
— Возьмем самый незаметный столик, — ответил Дмитрий.
Они побежали ко входу.
Валерия думала о случившемся до самого утра. Взбудораженные нервы не давали уснуть. Она лежала с закрытыми глазами и снова и снова представляла себе одну и ту же сцену: Максим берет за руку свою пассию и ведет танцевать. Обнимает за тонкую гибкую талию и целует.
Дмитрий сидел рядом и беспрестанно щелкал затвором фотоаппарата, а Валерия будто онемела, оглохла от шока и боли. Одно дело знать, другое — видеть своими глазами. Только сейчас она поняла, что надеялась, что их связывают только деловые отношения, что они коллеги, может быть, друзья. Но нет, теперь она знает точно.
Она раз за разом снова задавала себе вопрос: «Почему?» — и не находила ответа.
— Ради денег. Это же очевидно, — горячо воскликнул Дмитрий, когда на обратном пути из ресторана Валерия высказала свои мысли вслух. — Это ясно как день. Возможно, там и есть какие-то чувства, но основной мотив — деньги.
— Да, — надломленно прошептала Валерия и смахнула слезу. — Он последний год стал гораздо лучше зарабатывать. Говорил, что повысили, что командировочные большие.
— В общем-то, он вам не врал, скорее недоговаривал.
— А эта женщина — это точно она? — осторожно спросила Валерия.
— Точно она.
— Как ее зовут?
— Елизавета. Елизавета Морозова.
Валерия достала телефон, открыла мессенджер. Она хотела написать мужу, что все знает, но Дмитрий догадался, остановил ее.
— Не стоит. Выскажете все после их ареста.
— А их арестуют? — опешила Валерия.
Дмитрий невозмутимо кивнул. Он пересматривал снимки в фотоаппарате, иногда поглядывая на экран своего смартфона.
— Непременно.
«Получается, она будет женой арестанта». Валерия нервно хихикнула.
Они с Дмитрием сидели в ее гостиничном номере. К окну черной кошкой липла бархатная южная ночь. Ее темноту разбавляли своим золотистым светом уличные фонари. По стеклу ползли отблески фар проезжающих мимо машин.
— Я вам сочувствую. Правда, очень.
Но голос его звучал будто равнодушно. Валерия понимала — он полностью погружен в свою журналистскую деятельность, а потому полноценно сочувствовать просто не может. Он на работе, она — в жизни. Впрочем, она и не ждала сочувствия.
Понемногу накатывало тяжелое безразличие, размывало все остальные чувства, делая их безликими. А что толку от переживаний? Она ведь все равно ничего не может изменить.
«Если можешь решить проблему, то зачем переживать? — сказала как-то Светлана. — А если не можешь решить проблему, то от переживаний толку ноль».
Вспомнив подругу, Валерия улыбнулась. Ей нравились простые Светкины мудрости, оптимистичное отношение к жизни, умение принимать спокойно и стойко любые трудности и удары судьбы. Быть бы ей такой же смелой и несгибаемой.
Когда Дмитрий ушел, Валерия позвонила ей. Светлана то смеялась, то выдерживала длинные паузы, то искренне сочувствовала.
— Мне кажется, будто меня камнем придавили, — жаловалась Валерия. — Я не знаю, как быть дальше. Моя жизнь просто на корню разрушена.
— После любой бури выглядывает солнце, — спокойно ответила Светлана. — Это нужно просто пережить, Валюша.
— А как красиво называл меня своей принцессой! — с горечью воскликнула Валерия. — Как много обещал, и детей хотел, семью. Говорил, что любит. Все ложь, все мыльный пузырь.
И вот теперь она лежала одна в пустой постели и снова и снова мысленно возвращалась в ресторан, где ее муж целовал другую женщину — Елизавету Морозову, которая очень похожа на Валерию Соколову.
Валерия присутствовала на суде, но говорить с Максимом не захотела. Дмитрий сидел рядом, снимал процесс на камеру и искоса поглядывал на спутницу. Валерия же ощущала себя настолько опустошенной, что сил на какие-то другие эмоции уже просто не было. Она сидела на стуле, сложив на коленях руки, и ненавидящим взглядом смотрела прямо перед собой.
Суд приговорил Максима и его любовницу к двум годам колонии с возможностью досрочного освобождения. В тот же день Валерия подала на развод. Она знала — если муж в тюрьме, то его дадут без проблем. Так и случилось.
Выходя из здания суда, она стянула с пальца обручальное кольцо и зажала в кулаке. Медленно побрела по тротуару. Уже вовсю бушевало жаркое лето. Солнце заливало улицу нестерпимо ярким светом.
Валерия задала Максиму всего один вопрос, который мучил ее на протяжении всего этого времени: «Почему?»
Он посмотрел ей в глаза, но ничего не ответил. Елизавета тоже молчала. И лишь когда его уводил конвой, вдруг обернулся и крикнул:
— Я все делал ради тебя, Валерия! Ради тебя!
Дмитрий приобнял ее за талию. Валерия уткнулась лбом в его плечо. Плакать уже не хотелось. Вообще ничего не хотелось. Ни мстить, ни ждать мужа, ни начинать новую жизнь. К чему это все? Пустая трата времени.
Отныне ее душа мертва и похоронена прямо здесь, в зале суда, где только что озвучили приговор.
— Может быть, я просто никогда его по-настоящему не любила? — спросила она. — Ведь любимых прощают.
— Глупости, — уверенно сказал Дмитрий. — Невозможно простить предательство.
Теперь она была свободна против своей воли. А Максим был несвободен — и тоже против своей воли. Да, судьба иногда поворачивается неожиданной стороной.
У автоматических дверей супермаркета сидела сгорбленная старушка в панамке с бумажным стаканчиком в дрожащих узловатых пальцах. Проходя мимо, Валерия бросила туда обручальное кольцо.
Вот и все. Прежняя жизнь закончена. Какой будет новая и будет ли она вообще?
Светлана приехала в гости в тот же день, снова привезла бутылку красного вина. Когда Валерия доставала из шкафчика бокалы, взгляд зацепился за чашку Максима. Она сжала зубы. Нужно немедленно собрать все его вещи и вынести из квартиры, чтобы ничего, никакая мелочь не напоминала ей об этом предателе.
Валерия выхватила чашку и с силой бросила об пол. Та распалась на несколько осколков. Светлана испуганно подпрыгнула на стуле и уставилась на Валерию.
— Ты зачем посуду бьешь?
— Уж точно не на счастье, — зло ответила Валерия. — Это чашка Максима была.
Она взяла веник и совок, смела осколки и выкинула в мусорное ведро.
— Ну ты даешь, — засмеялась Светлана. — Такая спокойная, благовоспитанная дама из хорошей семьи, учительница. — Она подняла вверх указательный палец. — И вдруг посуду колотит! Ты прямо как горячая итальянка.
— Не знала, что у тебя такой бурный нрав.
— Обычный у меня нрав. Просто не хочу, чтобы тут были его вещи.
Она бросилась в спальню, рывком открыла дверцу шкафа и вывалила на пол все вещи Максима. Принесла пакет и комом затолкала их туда, сквозь зубы бормоча ругательства и одновременно недоумевая — откуда она такие только знает? Ругается так, что портовый грузчик позавидует.
Вслед за вещами в пакет полетели книги и журналы, блокноты, ручки, расческа, зеркало для бритья, зубная щетка и мочалка. Валерия сгребла все, что нашла подчистую, потом еще раз обошла квартиру.
Светлана с интересом следила за ее действиями.
— Ты показываешь свои неожиданные стороны, — заметила она.
— Угу, — кивнула Валерия и сунула ноги в резиновые шлепанцы. — Сейчас только выкину это и вернусь.
С чувством глубокого удовлетворения она вышвырнула пакет в мусорный бак, скривила губы. Вместо отчаяния и шока она ощущала злость — огромную, всепоглощающую, пугающую. Дурно кружилась голова.
«Интересно, Максима оповестили в тюрьме, что он теперь разведен? Или же он лелеет пустую надежду на восстановление отношений после освобождения? Боже, каким же дураком надо быть, чтобы вляпаться во все это! Неужели деньги настолько помутили рассудок, затмили все?»
— А что будешь делать со счетом в банке? — поинтересовалась Светлана, когда она вернулась. — У него же много денег там лежало.
— Все счета арестованы, — пояснила Валерия. — А на мой он почти ничего не переводил. Все у них с Морозовой было схвачено. Что-то успели вывести за границу — вот будет ему на жизнь после того, как выйдет на свободу.
— Будешь жить на зарплату учительницы?
— А у меня есть другой выбор? — вскинула Валерия. — Нет. Ну, могу, конечно, пойти воровать, заколачивать, как говорится, бабки, косить капусту, но что-то не хочется так резко менять профессию.
— Почему ты решила, что у тебя нет выбора? — засмеялась Светлана. — Охмури журналиста своего, как его там зовут? Я уже про него пробила информацию — он достаточно известный, работает на телевидении.
— Ну и что? — с раздражением ответила Валерия. — Я не хочу никого охмурять. Мне нужно хоть чуть-чуть в себя прийти после всей этой галиматьи.
— Конечно, — подняла руки Светлана. — Я тебя понимаю, но к журналисту присмотрись.
— Обязательно, — криво усмехнулась Валерия. — Прямо завтра и начну.
И вдруг задумалась: а нравится ли ей Дмитрий? Она ему однозначно да. Она чувствовала, понимала это, как чувствует мужскую симпатию всякая женщина. Поколебавшись, пришла к выводу, что да, нравится. Но начинать новые отношения все равно еще не готова. И одному богу ведомо, когда будет готова. Слишком сильный шторм прошелся по ее жизни, разрушая все на своем пути.
Через неделю от Максима вдруг пришло сообщение. Валерия удивилась — откуда у него там телефон? Открыла чат.
«Не ожидал от тебя такого предательства. Ты была моей королевой, моей принцессой. Я хотел от тебя детей, а теперь даже думать о тебе не могу».
Сообщение пришло с незнакомого номера, но Валерия сразу поняла, кто это. У него еще хватает наглости обвинять ее в предательстве!
Она быстро набрала ответ: «Теперь твоей принцессой будет Елизавета Морозова, с которой ты связался ради денег».
В уголке сообщения появилась одна галочка, да так и застыла. Валерия подождала еще пару недель, потом удалила чат. Видимо, ему дали телефон один раз, чтобы написать ей. Кто-нибудь из сокамерников. Валерия слышала, что иногда им передают что-то запрещенное, пряча в хлебе и другой выпечке.
А еще через неделю ей вдруг позвонил Дмитрий, предложил встретиться, выпить кофе вместе. И Валерия согласилась.
Их общение перетекало в роман настолько просто и естественно, что Валерия не замечала этого. Когда она пришла на место встречи в первый раз, Дмитрий ждал ее с небольшим букетом белых роз. Она с благодарностью приняла цветы, и он предложил ей руку.
— Может быть, это и низко — пытаться понравиться даме, которая только что пережила тяжелые события. Но я буду стараться, — сказал он.
— Зачем? — удивленно засмеялась Валерия.
— Вы мне сразу понравились еще в самолете. Вы верите, что бывает любовь с первого взгляда?
— Нет.
— Я тоже не верил.
С Дмитрием было легко и спокойно. Они болтали обо всем на свете, пили кофе, улыбались друг другу, слегка касаясь пальцами. Не касались только одной темы — Максима и Елизаветы. По молчаливой договоренности они закрыли эту страницу их жизней, которая удивительным образом свела их вместе.
Валерия не замечала, как в ее жизнь понемногу входит новый человек. Дмитрий оказался интересным, понимающим собеседником. Он умел слушать и слышать и мог поддержать, казалось, любую тему.
Валерия влюблялась не как девчонка — нет, наоборот. Ее чувство было обдуманным. Оно зрело, ждало своего часа, не возникло внезапно. И она была уверена, что Дмитрий отвечает ей взаимностью. Ведь он сам об этом сказал прямо, без кокетства и лишнего стеснения.
— Мы взрослые люди, и я не хотел бы вот этих хождений вокруг да около. Если двое взрослых людей симпатизируют друг другу, то они должны решить, стоит ли им переходить на следующий этап отношений.
— Какой этап? — не поняла Валерия.
— Свадьба, — сказал Дмитрий.
Они умолкли, глядя друг другу в глаза.
— Что, вот так сразу?
Дмитрий пожал плечами.
— А почему бы и нет? Я же говорю — мы взрослые люди.
— Ну нет, я так не могу, — заупрямилась Валерия. — Из брака в брак. Как-то это, не знаю, неприлично.
— Я не буду на тебя давить, — качнул головой Дмитрий. — Просто буду ждать твоего решения.
«Я, наверное, никогда не соглашусь, — подумала Валерия. — После Максима, после всего этого кошмара я еще долго не смогу это забыть и долго не смогу решиться на этот самый новый этап».
Но неожиданно для себя она решилась, причем довольно скоро — всего через год. Раны уже затягивались, пустота в душе наполнилась новыми эмоциями и чувствами. Прошли шок и оглушенность внезапностью событий. И все это время рядом с ней был Дмитрий. Поддерживал, помогал, сочувствовал, хотя этого уже и не требовалось. Во всяком случае, не так, как раньше.
Валерия будто вынырнула на поверхность после долгого пребывания под водой. Увидела яркий свет, полной грудью вдохнула воздух. В ее жизнь вернулись краски и радость. От прежних обид и волнений остался только серый стылый пепел. Она выносила свою боль, выпестовала ее, бережно нося на руках. И та исчезла, растворилась в повседневности, потерялась среди будничных забот. И теперь Валерия стала по-настоящему свободной.
Несколько раз Дмитрий оставался у нее на ночь.
— А разве это не новый этап отношений? — кокетливо спрашивала она, приподнявшись на локти и глядя ему в глаза. — Вот теперь мы в самом деле близки.
— Я бы сказал, что это маленький шажок на пути к большому, — серьезно ответил Дмитрий.
Валерия упала спиной на подушки и мечтательно вздохнула.
— А знаешь, я тогда на море однажды подумала, что могла бы в тебя влюбиться, если бы не была замужем.
Он помолчал.
— Ну вот теперь ты не замужем. Ты влюбилась в меня?
— Если бы я тебя не любила, ты не лежал бы сейчас тут рядом со мной, — засмеялась Валерия.
— Хм, что ж, это довольно логично, — засмеялся в ответ Дмитрий и повернул на подушке голову. — Знаешь что, Валюша? Я не буду на тебя давить не только в плане принятия решений относительно наших с тобой отношений, а вообще ни в чем и никогда.
— Да? — театрально удивилась Валерия и прикрыла рот ладонью. — Ого! А что конкретно ты имеешь в виду?
И прищурилась, глядя на него. Ей хотелось поиграть с ним, но он был предельно серьезен.
— Я имею в виду нашу будущую семейную жизнь. Никогда я не буду на тебя давить, даже когда ты будешь моей законной женой.
— А почему ты так уверен, что я буду твоей законной женой? — парировала Валерия и принялась рассуждать. — Вдруг я за свободные отношения или за гостевой брак? А что, если я вообще не хочу видеть мужчин в своей жизни? Что тогда ты будешь делать?
Дмитрий засмеялся.
— Ну ты же лукавишь.
— Ну да, — согласилась Валерия. — Но вот чисто гипотетически, что бы ты делал в таких случаях?
Дмитрий чуть поразмыслил.
— Я бы начал играть по твоим правилам, но никогда бы мне не пришла в голову идея тебя к чему-то принудить.
— Знаешь, я давно хотел тебе сказать. — Он сел в постели и повернулся к ней. — Я тоже был когда-то женат. Мы разошлись по причине отсутствия детей. Я не знаю, кто из нас не мог зачать, но факт есть факт. Так вот, я думал, что по-настоящему любил Анну и что никогда не смогу полюбить кого-то так же сильно, но я ошибался.
Он взял руку Валерии в свою и чуть сжал пальцы, с улыбкой глядя на нее.
Валерия выдернула руку, тоже села, пригладила волосы. Настроение резко упало.
— Я тоже хочу тебе сказать, — резко произнесла она. — У меня не может быть детей. Официальный диагноз — бесплодие, и я вряд ли когда-нибудь вылечусь.
Дмитрий моргнул.
— Это никак не влияет на мое решение связать с тобой жизнь. Дети — это классно, но они не главное.
Валерия мрачно усмехнулась.
— Что ж, это решать только тебе.
Валерия с Дмитрием решили обвенчаться в церкви уже после регистрации брака. Просто однажды кому-то из них вдруг пришла в голову эта идея, а другой одобрил. Они были супругами перед законом и теперь должны были стать ими и перед Богом.
В глазах Валерии стояли слезы, но она быстро утерла их свободной рукой. Не хватало еще разрыдаться на собственной свадьбе, как девочке-подростку. Запах ладана приятно щекотал ноздри.
Когда венчание было окончено, громко и радостно зазвонили колокола. Дмитрий вел Валерию за руку, а она смотрела на него и думала: «Не только перед людьми, но и перед Богом. Как же все это странно — встретить гораздо более сильную любовь именно в тот момент, когда теряешь старую».
Фотограф шел за ними и снимал каждый шаг. Дмитрий хотел, чтобы это значимое и огромное событие было подробно запечатлено, но Валерия едва ли замечала его.
Столько всего произошло в ее жизни за последние два года, чего только крещение стоит. Ее родители ведь оставили право на выбор вероисповедания за дочерью, а она так и не решила этот вопрос. Она никогда не была истово верующей и не считала нужным креститься.
«Все это нужно для людей, — рассуждала она. — А Богу зачем? Неужели без купания душу не примет и не увидит Бог, который всемогущий?»
Но для венчания, которого так хотела Валерия, покреститься было необходимо. Крестили ее под именем Ирина, потому что Валерии в православных святцах не было.
И теперь Валерия чувствовала себя другой, не такой, как прежде. Что-то изменилось в ее душе после крещения. Что-то исчезло или что-то появилось — она еще не могла понять. Но имя Ирина несколько раз повторила про себя, беззвучно шевеля губами.
— Отныне ты навеки моя, — сказал Дмитрий, когда они вышли на улицу. — Перед всеми. Не жалеешь?
Валерия повернулась к нему.
— Как я могу жалеть? Я ведь люблю тебя.
— И я тебя.
Они под руку спустились по ступеням. В глаза светило солнце, а в церковном дворике цвели бордовые и белые розы. Валерия посмотрела в ясное высокое небо и тихо улыбнулась. Вот и началась новая глава ее жизни. Даже нет, не глава — целый новый том.
Светлана что-то радостно щебетала, угощала гостей выпечкой и коктейлями, строила их всех для общего фото. Валерия почти не слушала ее, занятая своими мыслями. Дмитрий тоже выглядел погруженным в себя.
Они оба ощущали это нечто волнующее и пугающее своей неизведанностью, манящее и влекущее. Они были будто два ребенка, которым дали коробку с подарком. Что там? Что будет дальше?
А еще была твердая уверенность: что бы ни произошло, ничего плохого случиться не может, потому что они вдвоем, рука об руку, вместе, навсегда и везде. И впереди только радостное, светлое и счастливое.
Через полгода Валерия, вернувшись с работы, принялась готовить ужин. По дороге домой она купила креветок и теперь хотела запечь их в винном соусе. Бутылка вина была припрятана в шкафчике на случай неожиданного визита Светланы.
Валерия вытащила ее, отыскала штопор и воткнула его в пробку, вкрутила, раскрыла пакет с креветками. В нос ударил неприятный, будто гнилой запах. К горлу мгновенно подкатила тошнота противным липким комом.
Поняв, что сдержаться не может, Валерия бросилась в туалет. Запах сырых креветок выводил ее из равновесия, и она боялась зайти на кухню, чтобы убрать их со стола.
Поэтому, когда Дмитрий вернулся с работы, она попросила его это сделать.
Дмитрий внимательно вгляделся в ее лицо.
— С тобой все в порядке?
Валерия кивнула, бросила с раздражением:
— Да просто убери их куда-нибудь подальше, прошу тебя. Я даже тут чую этот аромат. Мне дурно от него. Выкини их.
— Как скажешь, — пробормотал Дмитрий и, вернувшись с кухни, принялся обуваться.
— Ты их выкинул?
— Убрал в морозилку. Там они тебя не побеспокоят.
— А ты куда?
— В аптеку. Кажется, нужно срочно кое-что купить.
С этими словами он снова оставил Валерию одну. Она присела на пуфик в прихожей, пытаясь унять неотступающую тошноту. «Да что же такое? Что с этим делать?»
Вернувшись, Дмитрий протянул ей тест на беременность.
Валерия вопросительно посмотрела сперва на него, потом на мужа.
— Дмитрий, ты же знаешь, что у меня не может быть детей.
— Сделай. У тебя же ничего не отвалится, если ты его сделаешь.
— Нет, но зачем?
— Сделай, — настаивал Дмитрий.
Валерия внимательно прочитала инструкцию на упаковке, хотя и так знала, как пользоваться тестом. Ткнула пальцем.
— Смотри, тут написано, что делать нужно утром, а сейчас вечер.
Дмитрий вчитался в мелкий шрифт.
— Не принципиально. Тут написано, что утром более точный результат на какие-то там десятые доли процентов. Это не критично. Делай сейчас.
— Ладно уж, — сдалась Валерия.
Она сделала все точно по инструкции, положила тест на горизонтальную поверхность и стала ждать. Первая полоска появилась раньше, следом стала медленно проявляться вторая. С каждой проходящей секундой она становилась все четче и четче.
Валерия осторожно кончиками пальцев взяла тест, будто могла спугнуть это внезапное счастье, и протянула Дмитрию.
Тот широко заулыбался.
— Но как? — недоумевала Валерия. — У меня ведь бесплодие.
— Это чудо, — серьезно ответил Дмитрий. — После венчания Бог услышал нас, увидел. Это его подарок на нашу свадьбу.
Он подхватил Валерию на руки и закружил, выкрикивая:
— Подарок! Подарок!
Валерия заливисто хохотала, откинув голову.
Теперь они точно будут счастливы.
Читайте также: Девочка в кафе.
