— Ты видела, во что она превратилась? Нет, ты мне скажи, ты глазами своими видела? Галина Петровна не столько спрашивала, сколько вбивала слова в клеенчатую скатерть кухонного стола. Её ухоженный, с идеальным бордовым маникюром палец ритмично постукивал по краю блюдца.
Анна привычно вдыхала аромат лавандового кондиционера, которым была пропитана вся квартира — мама считала, что он «успокаивает её расшатанные нервы». На самом деле, единственным человеком, чьи нервы здесь напоминали истертый канат, была сама Аня.
Денис понял, что больше не вернётся, когда автобус выехал за пределы города. Три часа назад мать в очередной раз устроила скандал — на этот раз из-за того, что он посмел купить кроссовки без её одобрения. — Ты что, совсем дурак?
— То есть это я плохая? Я плохая мать, да?! — Ольга не кричала в трубку, а шипела. Так было даже страшнее. — Я одна его растила, пока ты по командировкам мотался! А теперь опека ко мне приехала, меня как преступницу допрашивают!
Я смотрела на экран телефона и не могла поверить своим глазам. Сообщение от Артема гласило: «Извини, не смогу сегодня прийти. Мама плохо себя чувствует». Четвертая отмена за месяц. Мы встречались полтора года, и за это время я видела его мать ровно три
— Артёмушка, я в поезде уже, через шесть часов буду. Ты всё подготовил? Голос Валентины Львовны в телефоне звучал так, будто она стояла прямо за спиной. Артём машинально оглянулся на спальню, где Лена досматривала утренний сон. — Да, мам, всё…
