Никита Сергеевич Волков сидел в своем кабинете и смотрел на повестку в суд, которую ему только что вручили. Третья за месяц. На этот раз некая Марина Коваленко требовала установления отцовства и алиментов на двенадцатилетнего сына.
– Опять? – Ольга стояла в дверях, скрестив руки на груди. – Сколько еще их будет, Никита?
– Оля, я же говорил тебе…
– Что говорил? Что это все происки конкурентов? – голос жены дрожал от едва сдерживаемой злости. – А может, просто твое бурное прошлое наконец-то тебя догнало?
Никита устало потер виски. За последний месяц его жизнь превратилась в настоящий кошмар. Сначала появилась Светлана Громова с восьмилетней дочкой, потом Екатерина Белова с десятилетним сыном, теперь вот Марина. И все как одна утверждали, что он – отец их детей.
– Оля, я клянусь тебе, я не знаю этих женщин!
– Не знаешь? – Ольга горько усмехнулась. – А они, похоже, тебя очень хорошо знают. Знают, где ты работаешь, сколько зарабатываешь, какой у тебя бизнес. Случайно?
Никита молчал.
– Завтра утром я еду к маме, – сухо сообщила Ольга. – Забираю Машу и Антона. Когда разберешься со своими… бывшими, позвонишь.
– Оля, не надо! Пожалуйста!
Но жена уже ушла, хлопнув дверью.
Адвокат Виктор Павлович Мельников был человеком опытным и циничным. За двадцать лет практики он повидал всякое, но даже его удивила ситуация Никиты.
– Три иска об установлении отцовства за месяц? – он покачал головой, просматривая документы. – Знаете, Никита Сергеевич, я бы еще поверил в совпадение, будь их два. Но три? Это уже система.
– Что вы хотите сказать?
– Я хочу сказать, что кто-то очень методично разрушает вашу жизнь. Смотрите сами: все женщины подают иски практически одновременно, все требуют ДНК-тестов, все каким-то образом знают о вашем финансовом положении. И что самое интересное…
Адвокат сделал паузу, глядя на клиента поверх очков:
– Что?
– Все они утверждают, что встречались с неким Русланом Волковым. Это ведь вы?
Никита кивнул. Пятнадцать лет назад он действительно был Русланом. Потом сменил имя — решил начать новую жизнь, оставить прошлое позади. Официально, через ЗАГС, с полной заменой документов.
– Откуда они знают вашу старую фамилию? Вы же сменили документы полностью?
– Не знаю, – Никита пожал плечами. – Может, кто-то из старых знакомых рассказал?
– Или кто-то, кто имеет доступ к архивам ЗАГСа, – задумчиво произнес адвокат. – Никита Сергеевич, подумайте хорошенько: у вас есть враги? Кто-то, кому выгодно вас уничтожить?
Никита задумался. Конкуренты? Возможно. Его строительная фирма в последние годы очень успешно развивалась, многих это раздражало. Но чтобы вот так, через суды об отцовстве? Слишком изощренно.
– Нет, не могу припомнить никого конкретного.
– Ладно, будем работать с тем, что есть, – вздохнул Мельников. – ДНК-тесты делать придется, от этого не отвертеться. Но я постараюсь затянуть процесс, может, за это время что-то прояснится.
Первый тест показал, что Никита не является отцом ребенка Светланы Громовой. Женщина была шокирована – она клялась и божилась, что других мужчин у нее в тот период не было.
– Но как же так? – растерянно бормотала она в коридоре суда. – Мне же сказали… То есть, я была уверена…
– Что вам сказали? – насторожился адвокат. – Кто сказал?
Светлана замялась:
– Ну… подруга одна. Сказала, видела объявление в интернете, что Руслан Волков, теперь Никита, разыскивает детей от прошлых связей. Типа, наследство хочет оставить…
Мельников и Никита переглянулись.
– Покажите это объявление.
– Я… я не сохранила. Подруга показала, а потом оно исчезло.
– Имя подруги?
– Лена. Елена… фамилию не помню, мы в фитнес-клубе познакомились.
След обрывался, но картина начинала проясняться. Кто-то целенаправленно находил женщин из прошлого Никиты и подбивал их подавать иски.
Второй тест тоже оказался отрицательным. Екатерина Белова рассказала похожую историю – ей позвонила незнакомая женщина, представилась юристом, сказала, что представляет интересы Никиты Волкова, который ищет возможных детей.
– Она сказала, что если ребенок окажется его, то получит долю в бизнесе, – объясняла Екатерина. – У меня сын, я одна его воспитываю… Подумала, а вдруг?
Третий тест Никита проходил уже почти спокойно. Он знал, что результат будет отрицательным. Но спокойствие было обманчивым – пока он выигрывал суды, проигрывал в жизни.
– Никита Сергеевич, вынужден вас огорчить, – голос в трубке принадлежал Геннадию Ильичу, главному инвестору его строительной компании. – В свете последних событий… Вы понимаете, репутация для нас крайне важна. Мы приостанавливаем финансирование до полного прояснения ситуации.
– Но Геннадий Ильич! Все тесты отрицательные! Это провокация!
– Возможно. Но осадок, как говорится, остался. Газеты пишут, в интернете обсуждают… «Строительный магнат судится с брошенными детьми» – такие заголовки нам не нужны.
Никита бросил трубку. Все рушилось. Жена с детьми уже неделю жила у тещи, инвесторы отворачивались, рабочие на стройках начинали волноваться – зарплату платить было нечем.
Мельников тем временем копал дальше. Наконец ему удалось найти зацепку.
– Все женщины получали информацию о вас через посредников, – сообщил он. – И что интересно, эти посредники появлялись в их жизни примерно в одно время – за месяц до подачи исков. Профессиональная работа.
– И что это нам дает?
– А то, что кто-то потратил немало времени и денег на подготовку. Нашел женщин из вашего прошлого, придумал легенду про наследство, возможно, даже оплатил им юристов. Это не просто месть, Никита Сергеевич. Это спланированная операция по вашему уничтожению.
– Но кто? Кто мог это сделать?
Ответ пришел неожиданно.
Игорь появился на пороге квартиры Никиты поздним вечером. Младший брат, с которым они не виделись уже лет пять.
– Привет, Никита. Или мне все еще звать тебя Русланом?
– Игорь? Ты что здесь делаешь?
– Зашел поинтересоваться, как дела. Слышал, у тебя проблемы?
Младший брат прошел в квартиру, огляделся. Обстановка впечатляла – Никита не экономил на комфорте.
– Шикарно живешь. А я вот все в той же двушке на окраине…
– Игорь, если ты пришел деньги просить…
– Деньги? – брат рассмеялся. – Нет, братец, я пришел не просить. Я пришел посмотреть, как ты выкручиваешься.
Что-то в его тоне насторожило Никиту.
– Это ты? Ты все это организовал?
Игорь уселся в кресло, закинув ногу на ногу.
– А ты только сейчас догадался? Я думал, ты умнее, братец. Столько времени потратил, столько людей нашел… А ты только после третьего иска начал что-то подозревать.
– Но зачем? Что я тебе сделал?
– Что сделал? – Игорь наклонился вперед, и в его глазах полыхнула ненависть. – Ты украл мою жизнь, вот что ты сделал! Папина фирма должна была достаться мне! Я же остался, когда ты сбежал!
– Игорь, тебе было шестнадцать, когда я уехал. Какая фирма?
– Для родителей я стал единственным сыном! Потому что ты сбежал! Смылся в свою Москву, имя сменил, от семьи отрекся! А я остался! Я помогал отцу, я вкалывал на его фирме!
Никита покачал головой:
– Фирма разорилась, Игорь. Отец все пропил и проиграл. Какая разница, кому бы она досталась?
– А потом появился ты! – продолжал брат, не слушая. – Успешный бизнесмен Никита Волков! Новое имя, новая жизнь! Даже на похороны отца не приехал!
– Он сам меня выгнал, забыл? Сказал, что у него нет такого сына!
– И правильно сделал! Но знаешь, что бесило больше всего? То, как легко тебе все давалось. Сменил имя – и вперед, к успеху. А я застрял в том болоте, откуда ты сбежал.
– И ты решил меня уничтожить?
– Уничтожить? – Игорь улыбнулся. – Нет, братец. Я решил показать тебе, что прошлое не отпустит. Что как ни меняй имя, как ни прячься – Руслан Волков всегда будет с тобой.
– Ты псих, – выдохнул Никита.
– Возможно. Но я псих с отличной памятью. Помнишь Ленку Захарову? Твоя первая любовь в техникуме. А Светку из общаги? А Катьку с дискотеки? Я всех помнил, братец. И всех нашел.
– Но они же… тесты…
– А я и не говорил, что ты отец их детей, – Игорь пожал плечами. – Я просто намекнул, что ты ищешь наследников. Что готов признать детей и дать им долю в бизнесе. Женщины-одиночки… они так хотят верить в чудо.
– Сволочь!
– Не больше, чем ты. Кстати, как там Оля? Ушла уже? А инвесторы? Тоже? – Игорь поднялся. – Что ж, моя работа здесь закончена. Можешь подавать на меня в суд, но доказательств у тебя нет. Все женщины действовали по собственной инициативе. Я просто… распространял информацию.
Он направился к двери, но обернулся:
– Ах да, чуть не забыл. Это еще не все. Я нашел еще пятерых. Они подадут иски на следующей неделе. Удачи, братец!
После ухода Игоря Никита долго сидел в темноте. Ярость, отчаяние, бессилие – все смешалось в один ядовитый коктейль. Брат был прав – доказать его причастность будет практически невозможно. Формально он ничего не нарушил. Просто поделился информацией…
Телефон разрывался от звонков. Журналисты, партнеры, кредиторы… Никита выключил звук и налил себе виски. Первую рюмку за пятнадцать лет – он завязал, когда стал Никитой, оставив пьянство в прошлой жизни вместе с именем Руслан.
К утру решение созрело.
Если Игорь хочет войны – он ее получит. Если прошлое не отпускает – значит, надо его возглавить.
– Ты с ума сошел? – Мельников смотрел на клиента как на умалишенного. – Ты хочешь признать всех детей? Всех пятерых, которые еще даже иски не подали?
– Именно так.
– Но тесты же показали…
– Плевать на тесты. Я публично признаю, что в молодости вел беспорядочную половую жизнь. Что вполне мог быть отцом этих детей. Что готов взять на себя ответственность.
– Никита Сергеевич, это же полный абсурд! Вы понимаете, во что это выльется финансово?
– Понимаю. Но есть нюанс. Я признаю детей… и подаю встречные иски об установлении отцовства. С требованием обязательных ДНК-тестов. Всех детей. Под присмотром независимых экспертов.
Адвокат начал понимать:
– Вы хотите довести ситуацию до абсурда?
– Я хочу взять контроль. Пусть будет шоу – я дам им шоу. «Раскаявшийся бизнесмен ищет брошенных детей». Пресса будет в восторге. А когда все тесты окажутся отрицательными…
– Вас обвинят в пиаре.
– Пусть. Зато вопрос будет закрыт раз и навсегда. И если появятся новые «дети» – им уже никто не поверит.
Пресс-конференция прошла с аншлагом. Никита говорил искренне, с надрывом. О молодости, об ошибках, о желании исправить прошлое.
– Я не помню всех женщин, с которыми был, – признался он под вспышками камер. – И если от этих связей родились дети, я хочу о них позаботиться. Но я также хочу быть уверенным. Поэтому настаиваю на тестах. На открытых, прозрачных тестах.
Эффект превзошел ожидания. Общественное мнение качнулось в его сторону. Вот человек, который не прячется, а берет ответственность! Пусть и с опозданием, но берет!
Женщины, подавшие иски, оказались в сложном положении. Отказаться от тестов – значит признать, что врали. Согласиться – результат известен заранее.
Первые три, уже прошедшие проверку, попытались тихо отозвать иски. Никита не позволил.
– Нет уж, дорогие. Давайте до конца. Раз начали – надо заканчивать.
Новые пять исков так и не появились. Видимо, женщины, которых нашел Игорь, увидев развитие событий, решили не связываться.
Самое сложное оказалось с Ольгой. Жена не спешила возвращаться.
– Ты превратил нашу жизнь в цирк, – сказала она, когда Никита приехал к теще. – Дети в школе теперь звезды. Все обсуждают, сколько у них может быть сводных братьев и сестер.
– Оля, я пытался решить проблему.
– Знаешь, что меня бесит больше всего? Что проблема вообще возникла. Что твое прошлое, о котором ты мне никогда толком не рассказывал, вдруг вывалилось наружу.
– Я думал, это неважно…
– Неважно? Никита, я даже не знала, что тебя звали Русланом! Пятнадцать лет брака, а я узнаю об этом из газет!
Никита молчал. Что тут скажешь?
– И знаешь, что еще? – продолжала Ольга. – Я верю, что дети не твои. Верю, что это подстава. Но сам факт, что подстава оказалась возможной… Сколько их было, Никита? Сколько женщин?
– Я не считал.
– Вот именно. Не считал. А теперь они как тараканы из всех щелей лезут.
– Это организовал Игорь. Мой брат.
Ольга удивленно подняла брови:
– У тебя есть брат? Серьезно? Что еще я о тебе не знаю? Может, ты вообще не Никита Волков, а какой-нибудь Ибрагим Петрович?
– Оля…
– Знаешь что? Мне нужно время. Чтобы понять, хочу ли я жить с человеком, у которого столько секретов. Чтобы решить, готова ли я к новым сюрпризам из твоего прошлого.
Развязка наступила через месяц. Все тесты ожидаемо оказались отрицательными. Женщины публично извинились – кто искренне, кто сквозь зубы. Пресса, пошумев, переключилась на новые скандалы.
Инвесторы начали возвращаться – история с «поиском детей» парадоксальным образом подняла рейтинг Никиты. Вот, мол, ответственный человек, не бросает проблемы.
Только с Игорем оставался открытый счет.
Никита нашел его в том же баре, где тот любил проводить вечера еще пятнадцать лет назад. Ничего не меняется.
– Пришел глазами посверкать? – Игорь уже был навеселе. – Выкрутился, молодец. Но я-то знаю правду. Знаю, какой ты на самом деле.
– А какой я, Игорь?
– Трус и предатель. Сбежал, когда семье трудно было. Имя сменил, от родни отрекся…
– Меня выгнал отец. За то, что я не хотел пить с ним и его дружками. За то, что учиться хотел, а не батрачить на его полудохлой фирме.
– Он тебя любил!
– Он любил бутылку, Игорь. А нас с тобой терпел, пока могли быть полезны.
Братья замолчали. Бармен принес Никите виски – второй за пятнадцать лет.
– Знаешь, в чем твоя проблема? – наконец сказал Никита. – Ты застрял в прошлом. Живешь обидами двадцатилетней давности. А я ушел вперед.
– Сбежал, ты хотел сказать.
– Пусть сбежал. Но построил новую жизнь. А ты все там же, где я тебя оставил. В том же баре, с теми же обидами, с той же злостью.
– Зато я не предатель.
– Нет, ты просто неудачник, который винит в своих неудачах весь мир. И знаешь что? Мне тебя жаль.
Никита встал, бросил на стол деньги.
– Это за выпивку. И еще кое-что. У меня есть знакомый, владелец небольшой строительной фирмы. Ему нужен прораб. Работа не пыльная, платят нормально. Если захочешь – вот визитка.
Игорь смотрел на карточку как на змею.
– Мне твои подачки не нужны!
– Это не подачка. Это шанс. Единственный, который я тебе дам. Можешь начать новую жизнь, как когда-то начал я. Или можешь остаться здесь, в этом баре, со своими обидами. Выбор за тобой.
Дорога домой казалась бесконечной. Никита не знал, примет ли Игорь предложение. Не знал, вернется ли Ольга. Не знал, удастся ли восстановить репутацию полностью.
Но одно он знал точно – бежать больше некуда и незачем. Руслан Волков мертв, но его тень больше не преследует Никиту. Прошлое отпустило – не само, конечно, пришлось постараться.
Телефон пиликнул. СМС от Ольги: «Приезжай за нами завтра. Поговорим».
Никита улыбнулся. Может, не все потеряно. Может, из руин можно построить что-то новое. В конце концов, он умеет строить – это единственное, что он действительно умеет делать хорошо.
А Игорь… Что ж, время покажет. У каждого свой путь из прошлого в будущее. Никита выбрал свой много лет назад. Теперь очередь брата.
Жизнь продолжалась. Не идеальная, со шрамами и трещинами, но настоящая. И это было главное.
Эпилог полгода спустя.
– Пап, а правда, что у меня могли быть братья и сестры? – Маша сидела на кухне, делая уроки.
– Откуда такие вопросы? – Никита поднял глаза от ноутбука.
– Да Ленка в классе говорит…
– Маш, – вмешалась Ольга, – не слушай всякую ерунду. У тебя есть брат Антон, и этого достаточно.
– Но в интернете писали…
– В интернете много чего пишут, – отрезала мать. – Доделывай математику.
Никита и Ольга переглянулись. Да, осадок остался. Шрамы затянулись, но следы видны. Так бывает.
Телефон завибрировал. Сообщение от незнакомого номера: «Это Игорь. Я подумал насчет работы. Можем встретиться?»
Никита улыбнулся. Может, не все потеряно. Может, брату тоже удастся начать заново.
– Кто это? – спросила Ольга, заметив его улыбку.
– Потенциальный новый сотрудник. Помнишь, я рассказывал?
Она кивнула. Про Игоря он рассказал – не все, но достаточно. Учился на ошибках.
– Думаешь, стоит?
– Каждый заслуживает второго шанса, – пожал плечами Никита. – Я же получил свой.
За окном темнело. Обычный осенний вечер, обычная семья за ужином. Никаких драм, никаких скандалов. Тишина и покой, за которые пришлось дорого заплатить.
И где-то там, в городе, его брат делал первый шаг к новой жизни. Как когда-то сделал его Руслан, становясь Никитой.
Круг замкнулся. История закончилась.
Или, может быть, только началась – но это уже совсем другая история.
