Марина заметила это не сразу — только спустя полгода совместной жизни. Как-то утром, собираясь на работу, она обнаружила, что Костя переставил все ее вещи в ванной на прежние места. Зубную щетку — обратно в стакан у раковины, шампунь — на край ванны, полотенце — на дальний крючок.
– Аня, ты дома? Мне нужно с тобой поговорить, – Максим стоял в прихожей, держа в руках промокший от дождя зонт. – Что-то случилось? – Анна выглянула из кухни, вытирая руки о фартук. – Ты же собирался на встречу с клиентами.
– Валя, ну что ты как маленькая, в самом деле? Посмотри на себя – ну разве так можно? В твоем-то возрасте вести себя подобным образом… Стыдно должно быть! Я от тебя такого не ожидал. Это же просто…
Старый дом Веры Павловны Соколовой притих в ожидании. Массивные книжные шкафы, фотографии в потускневших рамках, тяжелые портьеры — всё осталось на своих местах, но главного не хватало. Не хватало той, кто наполняла эти стены теплом и смыслом.
Марина торопливо вытирала руки о фартук, когда в дверь позвонили. Сквозь глазок она увидела Игоря — своего бывшего делового партнера, с которым они когда-то вместе открывали небольшое издательство. — Марин, открой, пожалуйста!
Анна медленно поднималась по лестнице, держа в руках папку с документами. Третий этаж, кабинет директора по развитию. Еще утром она была обычным менеджером среднего звена, а теперь… — Поздравляю с назначением, — улыбнулся генеральный директор, пожимая ей руку.
Виктор медленно поднимался по лестнице, придерживаясь за перила. Правая нога побаливала — старая травма давала о себе знать в сырую погоду. В руке он нёс пакет с продуктами из ближайшего магазина. Обычный набор холостяка: хлеб, молоко, сосиски, пачка пельменей.
