Марина проснулась от звука ключа в замке. Часы показывали половину четвёртого утра. — Привет, — буркнул Виктор, стягивая ботинки в прихожей. — Привет… Ты где был? — сонно спросила она, выглядывая из спальни.
Максим нервно поправил галстук, стоя перед зеркалом в прихожей. — Может, не пойдём? — в очередной раз предложил он. — Скажем, что ты приболела. Алина покачала головой, застёгивая серёжки. — Это юбилей твоего отца, Макс.
Ирина проснулась от того, что кто-то трогал её подушку. Открыла глаза — свекровь стояла над кроватью. — Моя, — сказала Надежда Сергеевна и выдернула подушку из-под головы невестки. — Я её Алёше в армию собирала.
Лена проснулась в половине шестого. За окном еще темно, но она уже привыкла вставать затемно — первая смена в клинике начиналась в семь. Артем спал, раскинувшись на всю кровать. Она осторожно выскользнула из-под одеяла и прошла на кухню.
— Морской окунь, говоришь? — Мила покрутила в руках рыбину и хмыкнула. — Марин, а Паша-то где ловит? — На Волге, ну ты же знаешь. — Марина взяла рыбу обратно, положила в раковину. Чешуя блестела под лампой как серебряные копейки.
Надя проснулась от запаха блинов и сразу поняла — мама встала затемно, чтобы успеть к их приезду. Сквозь тюлевые занавески пробивалось июльское солнце, золотило пыльные половицы старого дома. Внизу, на кухне, звякала посуда, шипело масло на сковороде, и от этих звуков становилось тепло на душе.
Марина считала пупырышки на резиновом коврике в ванной. Двадцать три, двадцать четыре… Это помогало не закричать. Из кухни доносился голос Андрея — ровный, деловитый, словно он обсуждал квартальный отчёт, а не её жизнь.
