— Это… — Ксения, до глубины души поражённая только что увиденным, проблеяла: — это муж мой, Дима.
— Муж, значит, — прищурился Арсений, — а я тогда кто? Это что ж получается?! Ты за моей спиной мужика завела себе?
— Сеня, ты что за цирк тут устроил? — Ксения тряхнула головой, сбрасывая оцепенение, — подбирай этот веник и шагай отсюда! Мы с тобой развелись 3 года назад, забыл что ли?! Зачем явился? Тебя не звали! Я в прошлый раз ещё сказала, чтобы на пороге этой квартиры тебя никогда не было!
За спиной Ксюши вырос муж. Арсений, глянув на соперника, сразу сообразил, с этим лучше не связываться. Перешагнув через разбросанные на лестнице цветы, он развернулся и зашагал вниз по лестнице. Вот всё-таки прав был отец! Эта женщина ему не пара. Три года всего с развода прошло, а она опять замуж вышла! Могла бы, между прочим, за счастье своё побороться. Сколько женщин даже после расторжения брака пытаются вернуть мужа в семью?
Последнее время Ксюша всё чаще ловила себя на мысли, что брак больше удовлетворения ей не приносит. С мужем никак не удавалось наладить контакт — Сеня будто специально всё время жену выводил на эмоции. Чаще всего ссорились из-за свёкра Ксении, отца Арсения. Павел Геннадьевич активно вмешивался в жизнь единственного отпрыска. Ксения, конечно, знала, за кого выходила. Ещё во время знакомства с семьёй потенциального жениха она поняла, что Сеня очень зависим от мнения своих родителей, особенно отца.
— Мы решили, что свадьбу богатую делать не будем, — изрёк Павел Геннадьевич, — отметим роспись вашу здесь, в деревне. Столы накроем, Петра пригласим — он много лет уже на свадьбах тамадит. Опытный он, в общем. Родни-то у тебя много?
— Да не очень, — тихо ответила Ксюша, — мама, папа, бабушка. Ну, и вроде бы всё. Подруг несколько есть.
— Прекрасно, — обрадовался Павел Геннадьевич, — значит, с нашей стороны народу будет больше. У нас половина деревни в родне ходит, все друг другу дальние, но родственники… Надо бы к родителям твоим съездить, расходы обсудить. Давай-ка, в пятницу следующую мы в гости прибудем? Часика в 3?
— Не получится, — Ксюша была готова сквозь землю провалиться, — мама с папой работают…
— Так мы тоже люди занятые, — объяснил Павел Геннадьевич, — ну да ладно, пойдём другим путём. В субботу устроит?
— Я передам, — кивнула Ксюша.
— Ну вот, отлично. Адрес давай.
Сеньку Ксения любила без памяти. Родителям будущий зять тоже вроде бы нравился. А вот после знакомства со сватами у них впечатления остались неоднозначные.
— Я таких наглых людей никогда не видел! Это же надо, впервые прийти в чужой дом и сразу же начать расспрашивать хозяев о деньгах. Какая ему, к чёрту, разница, сколько я за жизнь успел накопить? — негодовал отец Ксении, — доход его мой интересует!
— Да, тяжеловато тебе придётся, дочка, с таким свекром, — протянула мать, — очень… Своеобразный человек.
Трудности Ксюшу совершенно не пугали, наверное, в силу юношеского максимализма. Невесте недавно исполнилось 22, и она была уверена, что мужа обязательно перевоспитает под себя. Вот поженятся, Сеня почувствует ответственность за свою семью и наконец-то оторвётся от отцовских брюк.
Чуда не случилось. После свадьбы, которую всё-таки отпраздновали в деревне, как и хотел Павел Геннадьевич, супруги уехали в город. Родители Ксюши молодым помогли с жильём — первое время, пока Ксюша доучивалась, а Арсений искал работу, платили за съёмную квартиру.
С работой вообще у Сени было ни шатко ни валко. Амбиции у деревенского парня были огромными, он хотел всё и сразу: и должность престижную, и зарплату приличную, и всё это чтобы с уважением, почетом к нему. Ксюша, конечно, мужа поддерживала, стремление улучшить качество жизни их маленькой семьи Ксению радовало, но периодически всё же приходилось спускать мужа с небес на землю.
— Сень, ну невозможно вот так вот сразу взять и устроиться директором, — говорила она супругу, — ты же и сам это прекрасно понимаешь. Люди как делают карьеру? Сначала пристраиваются в штат, показывают себя и перед коллективом, и перед начальством, получают одно повышение, второе, третье. Сень, упорным трудом и далеко не сразу! Папа, например, чтобы заместителем директора стать, 15 лет компании отдал. Москва ведь не сразу строилась. Ты же должен это понимать.
— Есть вакансии! И на должность директора в том числе, — упирался Арсений, — я же просматриваю объявления регулярно.
— Ты требования к соискателю посмотри, — терпеливо объясняла Ксюша, — высшее образование, опыт минимум 5-7 лет. Да там, наверное, даже не три этапа собеседования, а больше. Откуда, Сень, у тебя опыт именно в сфере управления, если ты толком ещё нигде не работал? Мне, если честно, уже перед родителями неудобно — 7-й месяц пошёл, как они нашу квартиру оплачивают и нас с тобой содержат. Мне стыдно им уже в глаза смотреть.
— Ой, да ладно тебе, — отмахивался Сеня, — устроюсь. Я сказал же, что ищу работу. Просто пока ничего подходящего не попадается.
— Сень, ты не там ищешь! Ты немножко амбиции свои поумерь. Иди менеджером-консультантом, водителем, в стротельную бригаду, наконец, пристройся. Естественно, ты никак работу не можешь найти, потому что просматриваешь вакансии, где ищут управленца. Кто тебя возьмёт на эту должность, ещё раз тебе повторяю?!
Мужа Ксения всё-таки продавила — Арсений устроился продажником в фирму, занимающуюся продажей строительных материалов. Зарплата была небольшой, но хотя бы что-то. Ксения закончила учиться, получила диплом и по протекции родителя пошла работать. Содержание семьи легло на её плечи — Сеня, примерный и любящий сын, ровно половину своей зарплаты отправлял в деревню папе с мамой.
Ксюша поначалу мужу ничего не говорила, знала, что к родителям тот очень привязан. Она надеялась, что со временем что-то изменится: либо Арсений начнёт зарабатывать больше, либо у свёкров проснётся совесть и они наконец-то от них отстанут, но с годами становилось только хуже. Родился Серёжа, Ксюша всего 3 месяца просидела в декрете, потом вернулась на работу. На деньги, которые приносил домой супруг, жить попросту было нельзя.
Ни о каком карьерном росте и речи не шло, Арсений 5 лет как сидел продажником, так и сидел. Он наивно полагал, что повышение руководство принесёт ему на блюдечке, считал, что стараться ради какого-то чужого дяди не нужно. Зачем позволять кому-то на себе зарабатывать?
Серьёзные скандалы начались на восьмом году совместной жизни — Ксения устала всё на себе тянуть. Заболел Серёжа, нужно было как-то и по больницам с ним ездить, и работать успевать. Вымотанная до предела женщина одним вечером закатила мужу истерику.
— Сень, как долго это будет продолжаться? Когда мы наконец-то начнём жить как нормальные люди? Почему в нашей семье я — тягловая лошадь? Почему ты ни о чём не думаешь? Почему ты даже не стараешься? Раз уж я одна семью содержу, то увольняйся, сиди с сыном, лежи с ним в больницах, возьми на себя хозяйство! Я не могу всё делать сама, я не справляюсь уже.
— Ещё чего не хватало! Ты что, пытаешься меня заставить посуду мыть да у плиты стоять? — Арсений искренне поразился, — я не пойму, чего тебя не устраивает? Я работаю, деньги зарабатываю, что ещё надо? Оставь меня в покое! Ты — мать, ты должна сына лечить. А я — отец, понимаешь? У нас с тобой роли разные.
— Да не отец ты, одно название, — разозлилась Ксюша, — я его лечу, я его одеваю, я его обуваю! Ты к нему лишний раз даже не подойдешь! Ты зарабатываешь, Сеня, 20 тысяч, 20! Именно столько ты мне каждый месяц приносишь. 20 тысяч уходит в деревню. Как ты считаешь, на эти деньги может выжить семья из трёх человек? Хотя бы примерно представляешь, сколько стоит лекарства? Ипотека за квартиру, в которой мы живём? А питание? А одежда? Обувь? Для тебя в том числе. В общем так, Сень. Либо ты что-то меняешь в своей жизни, либо мы с тобой разводимся. Муж в первую очередь должен быть партнёром, а ты — балласт, который меня тянет вниз.
Поругались тогда крепко, несколько дней не разговаривали. Сеня нажаловался родителям, и Ксении позвонил свёкор.
— Ты, невестушка дорогая, борзеть перестань, — строго заявил ей Павел Геннадьевич, — ты сына моего почему унижаешь? Чем он тебя не устраивает? Работает, не употребляет, в сторону женщин других не смотрит. Что тебе ещё надо? Да за Сеньку моего полдеревни в своё время бегало, а он тебя выбрал! Уже за это должна быть благодарна! И что же ты за жена такая, раз в сложной ситуации поддержать не можешь? Сын мне сказал, что ты на него пытаешься ответственность свою переложить. Негоже! Ты же женщина, все эти заботы на тебе лежат.
— А сын ваш, — разозлилась Ксения, — себя мужчиной считает? Что ж свои тогда обязанности не выполняет? Павел Геннадьевич, вы меня, конечно, извините, но я считаю, что половину дохода забирать у сына, когда внук ваш не совсем здоров, как минимум некрасиво! Мы эти деньги могли бы пустить на лечение Серёжи. Давно хотела вам сказать…
— А ты деньги чужие зачем считаешь? Я у тебя, что ли, их прошу, — свёкор невестку бесцеремонно перебил, — мне помогает мой сын! Это не только его право, но и святая обязанность. Я его вырастил! Жён, дорогая, может быть куча, а родители одни. И не нарывайся, иначе хуже будет. Я ведь пока ссориться с тобой не хочу и в семью вашу лезть не собираюсь. Но если ты продолжишь себя так отвратительно вести, то Сенька с тобой просто разведётся! Поживёшь без мужика, поймёшь, как ошибалась. Вернуть захочешь, да поздно будет! Да за моего Сеню любая пойдёт! А нормальный мужик, прежде чем с тобой, пилой, сойтись, 30 раз подумает. Хочешь остаться без семьи? Я тебе это в миг устрою!
Ксюша ждать не стала. После разговора со свёкром она собрала вещи мужа и выставила их в прихожей, поближе к двери. Арсений вернулся с работы и удивился.
— А у нас что, гости?
— Нет, это твои вещи, — спокойно объяснила Ксения, — ты, дорогой мой, из квартиры моей съезжаешь.
Сеня моргнул.
— Почему это?
— Потому, — рявкнула Ксюша, — ты ж у нас такой жених завидный, за тебя же любая пойдёт? Вот и пусть идёт! Ради Бога, оставь меня в покое. Я так устала и от тебя, и от твоего отца, и, в принципе, от этого брака. Собирай свои манатки и уматывай! Хочешь — в деревню, поближе к папе, хочешь — на съёмную квартиру. Мне без разницы! Жить с тобой мы больше не будем, я подаю на развод.
— Ошалела? — заорал Арсений, — куда я пойду? Какая деревня, если у меня здесь, в городе, работа?! Прекрати ерунду болтать, бери чемоданы и разбирай вещи. Никто тебе развода не даст.
— Суд разведёт. Давай, Сень, собирайся и уходи. Мне надоело для тебя и женой, и мамкой быть. Отец твой заявил сегодня, что в любой момент сосватает тебя за женщину, которая куда лучше меня. Вот и занимайтесь этим вопросом. А меня в покое оставьте!
Арсений из рукава вытянул последний козырь.
— Я буду на долю в квартире претендовать! Мы с тобой семья, доход у нас общий. Ты попробуй докажи, что ипотеку только ты платила! Полквартиры мне в любом случае принадлежит! Я в суд пойду и раздела добьюсь.
— Вот поэтому начальником тебе никогда не стать, — скривилась Ксюша, — ты, Сеня, тупой как пробка! Я ипотеку плачу, но оформлена она на папу. Квартира принадлежит моему отцу! Закончится ипотека, перейдёт недвижимость родителям моим в собственность, они мне её просто подарят. Ты до такой степени не интересуешься моими делами, что даже этого не знаешь! Собирайся и вали отсюда, я тебя видеть больше не хочу!
Со скандалом Сеня всё же съехал. Ксюшу месяц, наверное, донимали многочисленные родственники с той стороны — каждый посчитал своим долгом позвонить женщине и последними словами её обозвать. Что только Ксения о себе не услышала: что она глупая, что бессовестная, что семью развалила и такого хорошего мужика упустила. Номера родни один за другим отлетали в чёрный список, а Ксюша только укреплялась в своём решении. Раньше надо было этого прихлебателя выпнуть, столько лет зря промучилась!
3 года Ксюша бывшего мужа не видела. С сыном Арсений не встречался, финансово ребёнку никак не помогал — родного отца Серёже заменил отчим. За Диму Ксения вышла через 8 месяцев после развода. Ребёнка они вместе поставили на ноги, он быстро Диму встал называть папой. Арсений в это время скакал от одной женщины к другой, толком не работал, папе любимому не помогал, вот Павел Геннадьевич, устав от выходок сына, вспомнил про бывшую невестку и велел Арсению во что бы то ни стало с женой помириться.
Выделил деньги на букеты и на билет до города, отправил. Велел сразу же отзвониться и о результатах «операции» доложить. Минут пять Сеня перед женой распинался:
— Ты прости меня, Ксюша, — говорил он, — я дураком был. Вот 3 года без тебя прожил и всё осознал! Как там Серёжа? Соскучился, наверное, по папке-то? Да и тебе тяжко без мужского плеча. Вон как постарела… Я готов вернуться хоть сегодня, Ксюш! Ради ребёнка нам надо с тобой ещё раз попробовать. Ты не волнуйся, я немножко, буквально пару-тройку месяцев, отдохну и найду работу. Всё с тобой будет у нас по-прежнему!
Когда Арсения с позором выгнали, он тут же позвонил отцу. Ожидал получить поддержку, но…:
— Баран, — взревел Павел Геннадьевич, — как ты жить-то теперь собираешься? Где ты другую такую дурочку найдёшь?!
— Да я разве ж виноват, что она такой ветреной оказалась? — причитал Арсений, — 3 года всего прошло, а она замуж вышла! Мужик у неё ещё такой… Здоровый… Я хотел было ему наподдать, как следует, но в последний момент пожалел. Решил не связываться. Пап, ну чего ты кричишь? Моей же вины в этом нет…
Больше бывшего мужа Ксения не видела — Арсений пропал так же неожиданно, как и появился. Наверное, оно и к лучшему, всё равно толку от него никакого нет. Зачем ребёнку зря о прошлом напоминать? У него уже есть папа, надёжный, любящий, на всё ради него готовый. Другого не надо.
Автор: Уютный уголок (G.I.R)
