— Может, наконец оформим развод? — с лукавой улыбкой поинтересовалась Тамара.
— Немедленно прекрати! — недовольно буркнул Михаил.
— Ни за что на свете! — парировала жена. — Я только вошла во вкус!
— Тома, хватит уже! Неужели нельзя простить человеку единственную ошибку? — Михаил раздражённо обернулся к супруге.
— Пожалуй, можно, — задумчиво протянула Тамара. — Только вот твоя «единственная ошибка» дала мне полное право язвить в твой адрес до тех пор, пока мне самой это не надоест!
Улыбка на её губах была настолько торжествующей, что Михаила передернуло от злости.
— А что, если действительно подать на развод? — проворчал он, пытаясь найти удобное положение для ноющей спины в кресле.
— Отличная идея! — с энтузиазмом воскликнула Тамара.
— Тома, хватит уже тыкать меня носом в эту историю, — в его голосе послышались нотки отчаяния. — Я полностью признаю свою вину! Я уже извинился перед тобой и поклялся, что подобное больше не повторится! Что ещё нужно сделать, чтобы ты перестала меня изводить?
— Понятия не имею, — Тамара задумчиво посмотрела в потолок. — На героические поступки ты уже не способен, романтиком никогда не был, состояния у тебя нет, а в роли исполнителя женских капризов, — она ухмыльнулась, — ты не блещешь здоровьем. С тебя даже спросить нечего!
— Тома! — Михаил собрался с духом и торжественно произнёс: — Я тебя обожаю!
— Вот это признание к двадцатилетнему юбилею! — всплеснула руками Тамара. — Прямо до глубины души тронуло!
— Тома! — укоризненно произнёс Михаил. — Хочешь, я ещё раз попрошу прощения?
— Очень хочу! — кивнула жена.
— Прости меня, умоляю, за безрассудные поступки, которые поставили под угрозу нашу семью! — выпалил он заранее отрепетированную фразу. — Даю слово и торжественно обещаю впредь быть идеальным мужем и отцом!
— Над искренностью ещё придётся поработать, тогда можно будет поверить, — усмехнулась она.
— Тома! Что же ты за человек такой? — возмутился Михаил. — Я открываю тебе душу, а ты снова…
— Миша, Миша, — Тамара покачала головой. — Если бы ты понимал, насколько сильно ты меня оскорбил и унизил, в твоих словах было бы больше искренности!
— Тома, как только я поправлюсь, как только хоть немного окрепну, я немедленно исполню все твои желания! — пообещал Михаил.
— У меня есть нехорошие подозрения, — задумчиво произнесла Тамара, — что стоит этому случиться, как ты снова заговоришь о разводе. Может, зря я тебя выхаживаю? По правде говоря, мне это совершенно невыгодно. Зато пока ты здесь лежишь и страдаешь, у меня хотя бы есть муж!
— Тома, я в сотый раз повторяю — это была ошибка! Я уже понял, что был совершенно неправ! — Михаил резко дёрнулся и тут же вскрикнул от боли.
Радикулит категорически не переносит резких движений.
— Ой! Томочка! Срочно нужно! — жалобно простонал Михаил.
— Хорошо, — Тамара поднялась и подошла к мужу, — опирайся на мое хрупкое женское плечико!
— Боже мой! — стонал Михаил по пути в уборную. — За какие грехи мне такие испытания?
— Слыхал про закон возмездия? — пыхтя от напряжения, произнесла Тамара. — Ты меня обидел, а теперь вселенная мстит тебе за меня! Насколько тебе сейчас плохо, настолько же плохо было и мне! Да и сейчас не лучше! Тебе бы на диету сесть!
— Непременно! — заверил Михаил.
Но цель была достигнута, и он скрылся за дверью туалета. А через несколько минут оттуда донеслось:
— Да чтобы я еще когда-нибудь, лучше сразу…
Окончание фразы Тамара не расслышала, но когда супруг покинул место размышлений, поинтересовалась:
— Теперь готов идти разводиться?
Заявление мужа о желании разместиться привело Тамару в состояние полного оцепенения. Хорошо бы, если существовали какие-то предпосылки. Но нет же, все шло прекрасно! И все девятнадцать лет, что удивительно, жили в любви и согласии.
Поженились еще будучи студентами. Весело и беззаботно. Вместе покоряли высоты науки. В общежитии комнату, как молодой паре, предоставили. Быт обеспечивался преимущественно родительской помощью.
После получения дипломов сняли первую квартиру. Вместе боролись с трудностями, пока не утвердились на работе.
Родили сына, оформили ипотеку. На материнский капитал, полученный после рождения дочери, существенно сократили долг. Поддерживая друг друга, начали восхождение по карьерной лестнице. В семье появился достаток.
Сначала приобрели в кредит автомобиль для Михаила, затем обзавелись дачным участком. И дача служила больше для отдыха, нежели для огородных работ.
Никогда, с самого дня свадьбы, не возникало проблем с тещей и свекровью. Отношения складывались замечательные. Теплые.
Друзей было предостаточно. С соседями поддерживали дружеские отношения.
Дети росли замечательными. Учились отлично, родителей почитали.
В общем, все было идеально!
А если и случались мелкие разногласия бытового характера — расцветка занавесок, текстура плитки, форма светильника, дизайн мебели — то все решалось мирными переговорами без повышения голоса.
— Миша, с чего это вдруг? — еле выговорила Тамара. — Что происходит?
— Задыхаюсь я! — выдал он. — Больше не могу! Каждый день одно и то же! Душа жаждет свободы! А здесь не то что свобода — настоящее болото!
— Миша, между прочим, это наша с тобой жизнь! И ты сам принимал участие в её создании! — сказала Тамара. — Насколько я понимаю, ты предъявляешь претензии ко мне? Так вот, половина ответственности лежит на тебе!
— А я и не снимаю с себя ответственности, — ответил Михаил. — Но я не намерен и дальше жить так, как мы живём!
— Ну и чего ты хочешь? — спросила Тамара. — Не про развод, а вообще от жизни? Что именно тебя не устраивает? Мы же семья! Давай изменим всё вместе!
— Тома, от перестановки слагаемых сумма не меняется! — вспомнил он школьную аксиому. — Мы с тобой могли создать только это! И что бы мы ни предпринимали, получится примерно то же самое! А мне хочется совсем другого!
— Ты же даже не попробовал, — обиделась Тамара.
— А какой смысл? — спросил Михаил. — Ты не изменишься! Тебя и так всё устраивает! А меня — нет! И если ты подстроишься под меня, то потом тебе это всё равно надоест! А потом мы впервые серьёзно поссоримся и всё равно разведемся! Так что давай сразу!
— А то, что мы столько лет прожили вместе, для тебя уже ничего не значит? — спросила Тамара, едва сдерживая слёзы. — Ты готов вот так просто разрушить нашу семью?
— Тома, если в семье нет счастья, то зачем она нужна?
Этот аргумент ошеломил меня.
Тамара была счастлива. А ещё она думала, что Михаил счастлив. Но оказалось, что это не так! И сразу развод!
Что-то важное в душе Тамары надломилось и повисло на тонкой ниточке.
— Миша, прошу тебя, давай не будем торопиться с разводом! — попросила она. — Хочешь изменить свою жизнь? Меняй! Может, и мне понравятся твои перемены?
Михаил задумался, а Тамара добавила:
— Если только речь не идёт о другой женщине.
— Нет-нет, — замотал головой Михаил. — Я и думать не думал ни о каких других женщинах!
Проще говоря, Тамара ослабила контроль и стала наблюдать за результатом.
Хотя предварительно она постаралась выяснить, действительно ли у него нет другой женщины.
На телефоне Михаила никогда не было пароля, а в компьютере давно сохранились все пароли от социальных сетей. Тамара изучила всё досконально, но не нашла даже намёка на посторонние связи.
Затем тщательному допросу подверглись все общие друзья и знакомые. Ни о каких женщинах, новых или назойливых, в окружении Михаила они ничего не знали. Хотя кое-что всё же заметили. Как и семнадцатилетний сын.
— Мам, а с папой всё в порядке? — спросил Артём. — Судя по всему, у него серьёзно помутился рассудок!
— Надеюсь, у него всё хорошо, — сдержанно произнесла Тамара. — А что это за признаки?
— А ты сама не видишь? — улыбнувшись, поинтересовался Артем.
— Хочу знать, что заметил ты! Ну, рассказывай.
— С пацанами во дворе в футбол играет, к моим одноклассникам, когда те во дворе тусуются, присоединяется, чтобы поболтать! На работу теперь ездит исключительно на скутере! А как он одевается — видела?
Тут Тамаре было что вспомнить и по какой причине принять валидол.
Михаил решил добавить себе шарма и купил модную одежду! Только с его телосложением щеголять в модном наряде было не к лицу.
Как говорилось в одной кинокартине, «комок нервов» выдавал возраст и привычки. Но Михаил считал себя неотразимым. Правда, когда он любовался собой в зеркале, то старательно втягивал живот.
— Мама, он не понимает, что над ним смеются, а теперь и надо мной смеются, — недовольно сказал Артём. — Ты его либо успокой, либо отправь к врачу!
— Сынок, папа решил изменить свою жизнь, — сказала Тамара, — но я постараюсь его приструнить!
— Вот-вот! Одерни его! — закивал Артем. — Он решил поиграть в футбол с мальчишками на равных! Не дай бог, они его покалечат!
Беспокойство сына передалось Тамаре. Получить свободу через развод — это ещё полбеды. А вот овдоветь в сорок лет ей совсем не хотелось.
С футболом вопрос решился быстро и естественным образом. Тамара даже ничего не успела предпринять.
На второй минуте ему сделали подножку, Михаил перекувыркнулся через голову, и на этом матч для него закончился. А растяжение лодыжки Тамара лечила у Михаила ещё три недели.
Потом он эффектно свалился со скутера. Он же считал себя молодым и лихим, поэтому ездил без защиты! Ещё одна больничная, и снова Тамара его выхаживала.
Затем Михаил решил, что обычный отдых ему не подходит. Только экстремальный! Он отправился в поход с молодёжью. Тамара забрала его из больницы. И ещё месяц на реабилитацию.
Терпение Тамары начало иссякать. И идея развода уже не казалась такой ужасной. Но нужно было выполнить обещание, данное сыну, и остановить Михаила.
Тамара взвесила все «за» и «против». Договорилась с собственной совестью. И…
— Не поеду я на байдарках, — говорил кому-то Михаил по телефону. — Я с унитаза встать не могу! Похоже, отравился суши!
— Баскетбол без меня! — снова в трубку. — Меня так скрутило, что я сам сейчас как мяч!
Слёт байкеров, рок-фестиваль под открытым небом, фестиваль авторской песни, поход за родниковой водой и ещё дюжина мероприятий — Михаил пропустил всё, потому что Тамара «корректировала» пищеварение супруга.
***
А когда Михаил собрался с приятелями в ночной клуб, Тамара забеспокоилась не на шутку.
Клуб — это не безобидный сплав по горным речкам. В клубе есть девушки, и девушки разного уровня. А Михаил, одетый в модную одежду, может показаться кому-то привлекательным.
Понятно, что на роль «спонсора» он не тянет. Но это становится видно не сразу. А если случится непоправимое, семью уже не спасти.
А Тамара всё ещё надеялась образумить супруга.
Пришлось прибегнуть к тяжёлой артиллерии.
***
Когда Михаил, разгорячённый, вышел из душа, Тамара устроила в квартире сквозняк. Она рассчитывала, что он простудится. Как минимум. А как максимум — серьёзно простудится. Но что получилось в итоге, она даже представить себе не могла.
— Защемление седалищного нерва! — простонал Михаил, когда четверо его приятелей принесли его домой в позе буквы «зю». — Пока мы выпивали по паре коктейлей, всё было нормально, — рассказывал Михаил, — а как начали танцевать, меня и перекосило!
***
— Слушай, Миша, — Тамара покачала головой, — если твоё предложение ещё актуально, ну, насчёт развода, то я согласна! Это я лечить не буду!
И вообще, я подумала, что твой новый образ жизни слишком травмоопасен. За что бы ты ни взялся, потом тебя приходится лечить!
Да и образ жизни сам по себе то гонит тебя в туалет, то не пускает туда. Я тебя, конечно, люблю, но наблюдать за всем этим — выше моих сил!
А Михаил уже и сам понял, насколько проблематичной стала его жизнь. И слава богу, что Тамара согласилась его лечить! Если бы не она…
— Томочка! Дорогая! Я безумно тебя люблю! Я просто понял, что наша жизнь — самая замечательная! Да-да, вот такая, размеренная и спокойная! И прекраснее такой жизни ничего быть не может!
А самое прекрасное то, что рядом со мной ты, которая не бросает меня, даже когда мне очень тяжело! — проговорил Михаил, глядя на супругу полными слёз глазами. — Любимая моя, поставь меня на ноги!
И я больше никогда не заговорю о разводе! Будем жить долго и счастливо!
Цель, в принципе, была достигнута, но урок ещё не был усвоен! Поэтому Тамара не забывала спрашивать:
— Ну что, когда собираетесь разводиться?
Эпилог
— Тома, ну сколько можно? — Михаил прислонился к стене. — Сколько ты ещё будешь мучить меня этим разводом? Я сделаю для тебя всё, что угодно, только не надо!
— Ты и так сделаешь всё, что я захочу! У тебя нет выбора! — сказала Тамара. — Я просто размышляю, зачем мне муж, у которого всё болит? Ну, сейчас понятно! А потом? Выздоровеешь, на ноги встанешь. Так ты же дома к дивану прилипнешь, и с места тебя не сдвинуть! Может, правда развестись? — спросила она и задумалась.
— То-о-ма-а! — чуть не плача, протянул Михаил. — Я уже понял! Понял! Я тебя обидел! Поступил отвратительно! Ну сколько ты будешь меня этим мучить?
— Всегда! — безжалостно ответила Тамара. — Чтобы ты помнил, как обидел меня, а я тебя простила!
Михаил всхлипнул:
— Спасибо, — прошептал он. — Пожалуйста, помоги мне добраться до кровати!
— Пошли уже, мученица! — Тамара подставила плечо. — Но имей в виду, когда поправишься, будешь порхать по дому, как пчёлка! У меня уже спина болит тебя таскать!
— Обязательно! — пообещал Михаил.
А Тамара про себя улыбалась:
«Нет в доме более полезного существа, чем виноватый мужчина! И напоминать ему нужно почаще, чтобы не забывал!»
